– Никак нельзя забывать, – сказала мисс Фауст. – Это стало традицией: доктор Брид каждое Рождество дарит девушкам из бюро по плитке шоколада. – И она объяснила мне, что «девичьим бюро» у них называется машинное бюро в подвальном помещении лаборатории. – Девушки работают на всех, у кого есть диктофон.
Весь год, объяснила она, девушки из машинного бюро слушают бесплотные голоса ученых, записанные на диктофонной пленке, пленки приносят курь-ерши. Только раз в году девушки покидают свой железобетонный монастырь и получают новогодний подарок – по плиточке шоколада от доктора Брида.
– Они тоже служат науке, – подтвердил доктор Брид, – хотя, наверно, ни слова из записей не понимают. Благослови их Бог всех, всех…
18. Самый ценный товар на свете
Когда мы вошли в кабинет доктора Брида, я попытался привести в порядок свои мысли, чтобы взять толковое интервью. Но я обнаружил, что мое умственное состояние ничуть не улучшилось. А когда я стал задавать доктору Бриду вопрос о дне, когда сбросили бомбу, я также обнаружил, что мои мозговые центры, ведающие контактами с внешней средой, затуманены с похмелья вонью паленой кошачьей шерсти. Какой бы вопрос я ни задавал, выходило, что я считаю создателей атомной бомбы уголовными преступниками, соучастниками в гнуснейшем убийстве.
Сначала доктор Брид удивлялся, потом очень обиделся. Он отодвинулся от меня и ворчливо буркнул:
– По-моему, вы не очень-то жалуете ученых.
– Я бы не сказал этого, сэр.
– Вы так ставите вопросы, словно хотите вынудить у меня признание, что все ученые – бессердечные, бессовестные, узколобые тупицы, равнодушные ко всему остальному человечеству, а может быть, и вообще какие-то нелюди.
– Пожалуй, это слишком резко.
– По всей вероятности, ничуть не резче вашей будущей книжки. Я считал, что вы задумали честно и объективно написать биографию доктора Феликса Хониккера, что для молодого писателя в наше время, в наш век, задача чрезвычайно значительная. Оказывается, ничего похожего, и вы сюда явились с предубеждением, представляя себе ученых какими-то психопатами. Откуда вы это взяли? Из комиксов, что ли?
– Ну хотя бы от сына доктора Хониккера.
– От которого из сыновей?
– От Ньютона, – сказал я. У меня с собой было письмо малютки Ньюта, и я показал это письмо доктору Бриду. – Кстати, он и вправду такой маленький?
– Не выше подставки для зонтов, – сказал доктор Брид, читая письмо и хмурясь.
– А двое других детей нормальные?
– Конечно! К сожалению, должен вас разочаровать, но ученые производят на свет таких же детей, как и все люди.
Я приложил все усилия, чтобы успокоить доктора Брида, убедить его, что я и в самом деле стремлюсь создать для себя правдивый образ доктора Хониккера.
– Цель моего приезда – как можно точнее записать все, что вы мне расскажете о докторе Хониккере. Письмо Ньютона – только начало поисков, я непременно сверю его с тем, что вы мне сообщите.
– Мне надоели люди, не понимающие, что такое ученый, что именно делает ученый.
– Постараюсь изжить это непонимание.
– Большинство людей у нас в стране даже не представляют себе, что такое чисто научные исследования.
– Буду очень благодарен, если вы мне это объясните.
– Это не значит искать усовершенствованный фильтр для сигарет, или более мягкие бумажные салфетки, или более устойчивые краски для зданий – нет, упаси Бог! Все у нас говорят о научных исследованиях, а фактически никто ими не занимается. Мы – одна из немногих компаний, которая действительно приглашает людей для чисто исследовательской работы. Когда другие компании хвастают, что у них ведется научная работа, они имеют в виду коммерческих техников-лаборантов в белых халатах, которые работают по всяким поваренным книжкам и выдумывают новый образец «дворника» для новейшей модели «олдсмобиля».
– А у вас?
– А у нас, и еще в очень немногих местах, людям платят за то, что они расширяют познание мира и работают только для этой цели.
– Это большая щедрость со стороны вашей компании.
– Никакой щедрости тут нет. Новые знания – самый ценный товар на свете. Чем больше истин мы открываем, тем богаче мы становимся.
Будь я уже тогда последователем Боконона, я бы от этих слов просто взвыл.
19. Конец грязи
– Вы хотите сказать, что в вашей лаборатории никому не указывают, над чем работать? – спросил я доктора Брида. – Никто даже не предлагает им работать над чем-то?
– Конечно, предложения поступают все время, но не в духе настоящего ученого обращать внимание на любые предложения. У него голова набита собственными проектами, а нам только это и нужно.