Человеческие ногти юноши почернели, прекратившись в когти, слабо отблескивающие алым, и он слабо кольнул пальчик ребенка. Капелька крови соскользнула, едва не испачкав белые пеленки, но монстр поймал ее в воздухе и даже залечил ранку.
- Найдись, кровный, да не шути со мной. Найдись кровный, да позови с собой. Найдись кровный. Али самому идти? Найдись кровный, ибо нечисти много. Найдись кровный... - парень тихо, но от того не менее четко бормотал слова себе под нос, смотря исключительно себе под ноги. Монстр шел словно по выстеленной лично для него дороге, ведомый магическим заговором, и в конце концов почти уперся в дверь чьего-то дома. Магическая связь резко оборвалась, неприятно саданув откатом по монстру. Вздрогнув от неожиданности, он поднял туманный взгляд от дороги, молча озираясь по сторонам. Не удержавшись, раздосадовано прищелкнул языком. В окнах дома горел свет.
Еще бы ему не гореть. Помимо света внутри помещения, прекрасно освещалась крыша, парочка соседних зданий и часть дороги. Такой «светильник» в простонародии пожаром называется.
Тяжело вздохнув, монстр отошел подальше от дома, чтобы не подвергать человеческого детеныша опасности. Смысла идти внутрь дома больше не было.
И пусть чудовище не было виновато, неприятный осадок остался даже на том подобии души, которым обладают все живые твари.
«Не успел все на несколько минут, а то и секунд!» - с неудовольствием рыкнул он, покорно отходя в тень.
Больше кровных, связанных с этим ребенком в этой деревне не было.
«И зачем я вообще ввязался в это? Нет бы прошел мимо, как нормальный человек, так нет же!» - мысленно вздыхал монстр, останавливаясь на безопасном расстоянии и следя за направлением ветра. Вряд ли огонь и его дым безопасен для людишек. В человеческом облике он и ему вредил. Другое дело – крепкая звериная шкура…
Только сейчас он замер в поисках конкретных ощущений… по округе разносился аромат отчаяния. Тот, на который он бессознательно пришел. Принюхавшись и легко облизав губы, монстр про себя раздосадовано отметил, что стареет. Уж материнского отчаяния он в свое время хлебнул сполна. Его не сложно отличить от других видов. Но, будучи практически погребенным под работой, он напрочь потерял всякий нюх на такие детали.
Слишком давно не был на человеческой земле.
- И что мне делать с тобой, - вслух усмехнулся монстр, -чудовище?
В ночь того же дня совершилась очередная демоническая сделка. У одной из бездетных семей наконец-то появился ребенок, но пропало… а что, кроме, собственно, души может забрать демон?
Пожалуй, он был слишком сентиментален и подарил достаточно времени для того, чтобы люди, продавшие ему души, напоследок смогли сполна насладиться ролью родителей.
***
- Ба-ай, ба-ай, ба-ай, бай! Гла-азки, Все-е-ево-лод, закры-ывай, - сонно напевала женщина, раскачивая подвесную колыбель и вскоре сама не заметила, как заснула. Под покровом ночи, из-под кровати выскользнула тварь и недовольно покачав головой, злобно оскалилась. Монстр поднял на руки тело уставшей женщины и аккуратно перенес в другую комнату, положив на кровать. Память людей несовершенна. Она и не заподозрит ничего неладного. Тем более забота о ребенке обычно отнимает немало сил.
«Всеволод… говорящее имя», - одобрительно подумал монстр, сосредоточенно кивая в такт своим мрачным мыслям. Он был, как говорится у людского рода, из староверов. И уважал потаенные значения имен, а потому услышав, как мать обращается к сыну, лишь сильнее укрепился в своем невольном выборе опекунов для его найденыша.
В конце концов ему совсем не обязательно контролировать каждый шаг ребенка. Но помочь в сложные периоды жизни… будет любопытно. Он будет наблюдать. Изредка. Ненавязчиво. Как за обычным домашним питомцем. То даря ласку, то воспитывая. Чередуя упреки и похвалу в равных пропорциях. Не вмешиваясь основательно в судьбу человека, которого не сможет забрать в свой родной край, но направляя. Забрать с собой человеческое дитя чудище мог разве что на правах домашнего питомца, что внутренне корежило тварь. Мразью он не был и прекрасно понимал, что в его окружении даже самому сильному человеческому отпрыску не выжить. Чтобы человек не поддавался ни одному страху и оставался при этом в здравом уме? На его памяти такое случалось если не чрезвычайно редко, то и вовсе никогда. Во всяком случае именно он не был в силах назвать и одного имени, подтвердившего бы, что люди в силах сосуществовать с монстрами. Сама суть этих двух созданий была противоречивой. Охотники и их еда, пожирание которой они растягивают вот уже многие века. Притом, зачастую многие сами себя предлагают... попробовать. А то и сожрать целиком. Чтобы не чувствовать якобы “внутренней боли” и “заживо сжирающей душу тоски”.