Я потратил немало времени на то, чтобы как можно точнее навести телескоп на резкость, глядя на первую звезду, оказавшуюся в поле зрения. Затем я начал искать Сатурн и быстро убедился, насколько сложно что-либо увидеть в зеркальный телескоп, смонтированный совсем не качественно. Но уже вскоре планета мелькнула в поле зрения. Я начал осторожно поворачивать телескоп во все стороны и наконец поймал ее.
Сатурн был крошечным, но великолепным. Наверное, почти минуту я не дышал, не в силах поверить собственным глазам. До сих пор я знал его лишь по картинкам, а теперь наблюдал в реальности. Он напоминал игрушку, висящую в пространстве, с кольцами, слегка наклоненными в мою сторону.
Даже теперь, через сорок лет, я помню, что тогда подумал: «Он выглядит совершенно искусственным, совсем как шарик с рождественской елки!»
Левее сияла яркая звезда, в которой я узнал Титан.
Перлман замолчал, и несколько мгновений мы наверняка думали об одном и том же. Для нас обоих Титан был не только самым большим спутником Сатурна, светящейся точкой, известной только астрономам. Он оказался безжалостно враждебным миром, где совершил посадку «Эндевор». Там, намного дальше от своих домов, чем когда-либо покоились человеческие останки, в одиноких могилах лежали трое моих товарищей.
— Не знаю, как долго я смотрел, напрягая зрение и перемещая телескоп по небу резкими скачками вслед за Сатурном, поднимающимся над городом. От Нью-Йорка меня отделяли почти два миллиарда километров, но вскоре он вновь о себе напомнил.
Я уже говорил вам про нашу гостиницу. Она принадлежала моей матери, но дела вел отец, впрочем, не лучшим образом. Этот бизнес уже много лет не приносил дохода. Мое детство было отмечено постоянными финансовыми кризисами. Я не виню отца за то, что он много пил, вероятно постоянно сходя с ума от беспокойства. А я совсем забыл, что должен был помогать портье за стойкой.
Отец искал меня по всему дому. Он был занят своими проблемами, ничего не знал о моих мечтах и нашел сына на крыше.
Папаша не являлся жестоким человеком, но не сумел понять ни того, скольких усилий и терпения стоил мне мой маленький телескоп, ни радости, которую я получил в те короткие мгновения, когда он выполнил свою задачу. Я не питаю ненависти к отцу, но до конца жизни не забуду того пронзительного звона, когда мое первое и последнее зеркало разлетелось вдребезги, — закончил Перлман.
Что я мог сказать? Мое первоначальное раздражение, вызванное появлением незваного гостя, сменилось любопытством. К тому же мне казалось, что в этой истории кроется нечто намного большее, чем я услышал. Удивляло меня лишь одно. Официантка бросала на нас почтительные взгляды, из которых лишь малая часть предназначалась мне.
Новый знакомый вертел в руках сахарницу, а я с молчаливым сочувствием ждал продолжения. Мне начало казаться, будто нас связывает нечто общее, хотя и непонятное.
— Новый телескоп я так и не построил, — сказал он. — Разбилось не только зеркало, но и кое-что еще в моей душе. Впрочем, у меня все равно не было на это времени. Два события поставили мою жизнь с ног на голову. Отец ушел от нас, и я стал исполнять обязанности главы семьи. Вскоре разобрали электричку на Третьей авеню.
Он наверняка заметил мой вопросительный взгляд, поскольку тут же улыбнулся.
— Ну да, откуда вам знать? Так вот, когда я еще был мальчишкой, посреди Третьей авеню шла эстакада городской электрички. Окрестности тонули в грязи и шуме, Третья авеню состояла из сплошных трущоб, среди которых ютились забегаловки, ломбарды и дешевые гостиницы вроде нашей. Все изменилось, как только убрали эстакаду. Цены земельных участков пошли вверх, и мы внезапно разбогатели. Папаша не замедлил вернуться к нам, но было уже слишком поздно. Делами занимался я, вскоре начал приобретать все больше недвижимости в городе, а потом и по всей стране. Во мне уже не оставалось ничего от бывшего мечтателя, смотревшего на звезды. Я отдал отцу одну из своих небольших гостиниц, где он не мог причинить особого вреда.
Я смотрел на Сатурн сорок лет назад, но не забыл того краткого мгновения, а фотографии, показанные на вашей вчерашней лекции, вновь оживили старые воспоминания. Мне лишь хотелось бы выразить вам свою благодарность.
Он покопался в бумажнике и достал визитную карточку.
— Надеюсь, вы дадите мне знать, когда снова будете в Чикаго. Можете рассчитывать на мое присутствие на каждой вашей лекции. Удачи вам! Прошу прощения, что отнял у вас столько времени.