Ближайшая песчаная коса находится в четырехстах метрах. На ее склоне, погруженном в тень, тоже лежит снег. Нам казалось, что во время последней бури она переместилась на несколько метров, но уверены в том мы не были. Конечно, здешние пески тоже блуждают, как и на Земле. Думаю, когда-нибудь они засыплют и эту базу, и она вновь обнажится только через тысячу, а то и десять тысяч лет.
Странная группа скал — Слон, Капитолий и Епископ — все еще хранит свои секреты, дразня меня воспоминаниями о нашем первом крупном разочаровании. Мы готовы были поклясться в том, что они состоят из осадочных пород, и с жутким энтузиазмом устремились туда на поиски окаменелостей! Даже сейчас неизвестно, как образовались эти скалы. Геология Марса до сих пор полна противоречий и загадок.
Мы оставляем будущим поколениям решение многих проблем. Тот, кто придет сюда после нас, встретит их куда больше. Однако есть одна тайна, о которой мы никогда не сообщали на Землю и даже не сделали записи в бортовом журнале.
В первую ночь после посадки мы по очереди дежурили на базе. Сразу после полуночи меня разбудил Бреннан. Я разозлился, поскольку было еще рано, и тогда он сказал мне, что видел какой-то огонек, перемещающийся у основания Капитолия.
Мы наблюдали за ним почти час, пока не пришла моя очередь дежурить, но так ничего и не увидели. Огонек больше не появился.
Бреннан отличался хладнокровием и отсутствием буйного воображения. Так что, если он сказал, что видел какой-то огонек, значит, так и было на самом деле. Возможно, это был какой-то электрический разряд или отблеск Фобоса на скале, отполированной песком. Так или иначе, но мы решили не сообщать о нем Лунакому, пока снова его не увидим.
Оставшись в одиночестве, я часто просыпался по ночам и смотрел на скалы. В слабом свете Фобоса и Деймоса они напоминали силуэт черного города на фоне неба. Он остался темным навсегда. Никакие огоньки там больше так и не появились.
* * *Двенадцать часов сорок девять минут эфемеридного времени. Сейчас начнется последний акт. Земля почти касается края Солнца. Два узких светящихся рога, охватывающих ее, едва соприкасаются друг с другом.
Видеозапись на максимум.
Контакт! Двенадцать часов пятьдесят минут шестнадцать секунд. Светящиеся серпы больше не соприкасаются. На краю Солнца появилось маленькое черное пятнышко. Земля начала его пересекать. Оно все шире, шире…
Уменьшаю скорость видеозаписи. Через восемнадцать минут Земля полностью уйдет с солнечного диска.
Луне предстоит проделать больше половины пути. Она еще не достигла его середины и напоминает сейчас маленькую капельку чернил размером вчетверо меньше Земли. Вспышек света больше нет. Видимо, Лунаком отказался от своих попыток.
Ну что ж, мне осталось еще полчаса пробыть здесь, в моем последнем пристанище. Кажется, будто время бежит все быстрее, как в последние минуты перед стартом. Впрочем, это неважно. Я уже сделал все, что собирался. Можно даже немного отдохнуть.
Уже сейчас я ощущаю себя частью истории, как и те люди, которые вместе с капитаном Куком наблюдали на Таити прохождение Венеры через диск Солнца в тысяча семьсот шестьдесят девятом году. Кроме Луны, движущейся позади, тогда все должно было выглядеть точно так же.
Что двести с лишним лет назад подумал бы Кук, если бы знал, что однажды кто-то будет наблюдать прохождение Земли с другой планеты? Он наверняка сперва удивился бы, а потом обрадовался.
Однако мне куда ближе тот, кто еще не родился. Надеюсь, ты слышишь эти слова, где бы ни был. Может, через сто лет ты будешь стоять на том же самом месте и смотреть на следующее прохождение?
Приветствую тебя в день десятого ноября две тысячи восемьдесят четвертого года! Желаю, чтобы тебе повезло больше, чем нам. Вероятно, ты доберешься сюда на борту роскошного пассажирского корабля или родишься на Марсе и окажешься чужим на Земле. Ты будешь знать то, чего я даже не могу себе вообразить. Но почему-то я тебе не завидую и даже не хотел бы поменяться местами.
Но ты запомнишь мое имя, будешь знать, что именно я первым из всех людей видел прохождение Земли. Никто этого не увидит еще сто лет.
Двенадцать часов пятьдесят девять минут. Ровно половина Земли миновала край Солнца. Родная планета выглядит как идеальный полукруг, черная тень на золотистом солнечном диске. Я все еще не могу избавиться от впечатления, будто кто-то его надкусил. Через девять минут изъян исчезнет, и Солнце вновь будет целым.
Тринадцать часов семь минут. Видеозапись на максимум.