Солдаты споро выскочили из свинарника, и побежали по направлению к городу, а я дёрнувшись было за ними, остановился и посмотрел на подобие алтаря.
- Кто это сделал? – я указал рукой на камень, - и почему стоит тут?
- Дык не пущаю людей к Алтарям-то, - Порфирий поёжился, - а некоторые Алтари и сами к себе не пущают всех-то.
- Не пускают к себе? – это был интересный поворот, - как это?
- Дык, как королева начала камни-то оживлять, - Порфирий опять поёжился, - Тан Рекс не сразу вмешался, он всё подле Вас был, охранял, стало быть, а как сцепился с королевой-то, так она уже много успела оживить, тыщу, не меньше! А то больше, мне не ведомо, но народу стала – тьма по окрестностям шариться.
- А когда Тан вмешался, что поменялось? – мне уже интересно стало, что было дальше, - камни перестали оживать?
- Истинно говоришь, господин, - Порфирий перекрестился, - вот те крест!
- Крест тут не работает, но я тебе верю, - я почесал подбородок, дурацкая привычка, - а потом?
- Потом половина алтарей перестала людей к себе пускать, да и в долине не все работать могли, - Порфирий опять поёжился, - в основном поселения теперь дальше от города, - там, на юге.
- Почему так? – я начал понимать, что произошло, - не смогли возрождённые королевой жить в городе?
- Поначалу жили, вот, как и я с дочкой, - Порфирий посмотрел на похорошевшую дочь и покачал головой, - потом с Мастером Гансом договорились и ушли за город ферму поросячью ставить. Не все, кого королева оживила плохими-то стали, много хороших людей, вот тот же Ганс – толковый мужик. А сброд туда ушёл, к морю, говорят.
- К морю? – я немного порадовался, что им не нашлось тут места, - а чем им тут плохо стало?
- Дык гвардейцы хулиганить не дают, - Порфирий опять поёжился, - да и Дашеньку мою снасильничали охломоны, да ты девка не хнычь! Тебя теперь сам Создатель благословил! Тебе за терпение твоё!
- Снасильничали? – я уставился на Порфирия, - Как это? Кто допустил?
- Дык я ж толкую то о чём, - порфирий прижал к себе насупившуюся дочь, - гнилые люди совсем появились, те кто поначалу в городе были, они другие совсем, и королеву не так сильно слушают, особенно как связалась она с каким-то хлыщом из новеньких, но я вот чего тебе скажу – это он её с ума сводит, и из-за него всё началось! Потому сила неведомая из отцовского дома то её и выставила!
- А алтарь ты сам сделал? – я рассматривал странный камень, было видно, что неизвестный мастер не очень умело выточил алтарь из целого куска туфа, стараясь вырезать статую создателя из мягкого материала, - или помог кто?
- Помог один парнишка, - Порфирий цыкнул на беспокойных свиней, - из цеха Мастера Сулеймана, Семёном кличут, он к моей Дашке всё ходит, помогает, стало быть, к юбке присматривается! Ты не думай чаво, он парнишка хороший, из старых поселенцев, добрый, лишнего слова зря не скажет. Так вот пожалился я как-то ему, что мол не пущают солдаты до алтарей, батогов вот дали, так он мне из куска горы и вырезал алтарь малый, дескать помощи у создателя просить. Мол, вернётся, всем счастье будет!
- Так значит? – интересный парнишка, этот Семён, - а что с Первым Рыцарем моим?
- Разноглазый который? – Порфирий прищурил один глаз, изображая Ромула, - так тот со своими сородичами и Бабой своей в храм пустые коробки от булыжников всё таскали, а потом как смута началась, так и вовсе в храме заперлись.
- Заперлись? – Я удивлённо поднял бровь, - так он снаружи запирается же?
- Так оно, конечно, да, - порфирий отряхнул с туники несуществующую пыль, - только заперлись они в храме, и дверь открыть теперь никак не можно, говорят. Я не знаю, в городе давно не был.
- А можно я твой алтарь посмотрю? – я присел возле странного сооружения, и мне стало понятно, что задумал мастер, - может поправлю чего?
- Так оно конечно, - Порфирий снова поёжился, - так пожалуйста, господин…
Я увидел в этом камне фигуру Тора, держащего на руках поросёнка, вот только выполнено было всё очень примитивно. Резать сейчас камень я не хотел, но несколько рун нанести могу. Поэтому я взял в руки писало и по краю «алтаря» написал: «Алтарь храброго свинопаса. Придаёт силы рукам и здоровья телу. Помогает растить свиней, приносит удачу в фермерстве. Можно подносить каштаны, жёлуди и злаки. Неуничтожим, нельзя перенести». Давно я не видел, как туф превращается в адамант, и как из непонятного куска камня появляется совершенная статуя. Теперь это был не бесформенный кусок камня, а круглый постамент, на котором стоит статуя совсем молодого Тора с маленьким поросёнком на руках.
- Это тебе Порфирий для помощи в делах, - поднялся на ноги, - подноси всякие свинячьи лакомства и увидишь, как всё изменится. А теперь до встречи, мне пора. Нужно очень многое поправить.