- Поведаете нам, Сир Торус? – это уже присоединился Ромул, - а то вы прямо в статую превратились.
- Конечно поведаю! – я был настроен решительно, - Моисей Давидович прав во всём! Прятаться от проблем, значит загонять их в категорию не решаемых. Вы будете смеяться, но я решил полностью перестроить весь город. Переместить фермы за город, Кузню ближе к запасам материалов, может быть прямо в горы, дополнительно устроить забор воды из озера на глубине, и питающий резервуар на горе, а показал рукой в сторону возвышающийся вершины, так, чтобы мы могли постоянно иметь доступ к воде, даже если элементали несколько дней не будут подавать воду. Но для начала, Сэр Ромул, верните всех с испытания в город!
- Будет исполнено, Сир!
Ромул, не дожидаясь, пока я скажу что-то ещё, повернулся и поспешил на выход из города.
- Рекс, помоги ему! – я дал команду стоявшему радом охраннику, мало ли что у них там в головах?
Рекс также молча ушёл вслед за тифлингом. Я же, по традиции молча почти побежал в каменоломню, ведь мне нужно было сделать Алтарь Возрождения, который очень скоро станет частью нашей культуры. Моисей Давидович, вместе с бывшей принцессой в припрыжку следовали за мной, а очень скоро к ним присоединились и кузнецы с викингом. Наверное, это такой закон – если вождь куда-то бежит, то надо бежать следом, во избежание, так сказать…
Длительный простой без каких-либо работ сказался на моём энтузиазме. Единственное, что я сделал за долгое время – это жезл, обучающий языку, и мне очень хотелось создать что-нибудь грандиозное, и этим должен стать новый алтарь. Я давно представлял себе, как он будет выглядеть. И сейчас из огромного куска спрессованного туфа я вырезал арку в полный рост (мой), одной колонной которой стал, собственно, я, а другой – огромный медведь – Маатхи. Я изобразил нас стоящими правыми сторонами друг к другу, и головы были повёрнуты также друг к другу, мы как будто глядели в глаза. Сама арка была образована одной рукой – моей, и одной лапой – которые соединялись в приветствии высоко над головами. При этом я стоял спиной к подходящему к алтарю человеку, а Маатхи мордой. Символизируя то, что Маатхи встречал нового разумного, а я вёл за собой. Между нами, я вырезал ровную площадку, от которой вниз шло несколько ступеней, а с другой стороны, с делал небольшой постамент, примерно на уровне пояса обычного человека. На этом постаменте я вырезал остроконечную пирамидку, чтобы было удобно разрушать оболочку накопителя или разбивать кристалл. Перед пирамидой я вырезал чашу, как раз под размер головы. То есть на этом алтаре можно было преподнести в подарок Маатхи голову разумного, а затем разбить кристалл о вершину пирамидки, возрождая разумного. Мудрить с описанием и рунами я особо не хотел, поэтому просто написал – «Алтарь Возрождения. Неразрушимый», но мир принял другое решение, и к моим рунам опять добавил свои - «Алтарь Возрождения. Единственный. Лишь для избранных Создателем. Неразрушимый».
Передо мной стояла грандиозная композиция, которая своим видом даже мне внушала некое благоговение. Огромный постамент, который сохранял по контуру форму камня, вершина которого теперь стала плоской. С него вниз сходят несколько ступеней, а с фронтальной части небольшой вырез, чтобы можно было подойти к алтарю, на котором размещена чаша и пирамидка. А над всем этим две огромные фигуры, которые встречают и провожают разумных из этого мира в этот мир. А то, что единственный – так ведь не всем же возрождаться, да и выбор создателя тоже оправдан. А вдруг кто-то захочет возродить моего врага? Так что весьма интересные правки получились. Готовый алтарь я подхватил телекинезом и понёс к дому, у меня уже были планы по его установке. Краем глаза я увидел своих людей, стоящих на коленях в земном поклоне. Я не приветствовал их желание стоять кверху задницей, но мне сейчас было не до нравоучений, хотя попку Ионы я отметил отдельно, но об этом можно будет подумать позже.
Я решил поставить алтарь Возрождения возле дома, на краю небольшой площади, на которой последнее время происходило много всего интересного, и поставить таким образом, чтобы арка алтаря открывала вид на гору, на которой стоял Алтарь Маатхи, и из-за которой вставало солнце. Это было весьма символично. Но на этом символичность и чудеса не закончились. Как только я установил и выровнял Алтарь, из ворот портального храма вышел призрачный воин, и поклонившись алтарю, прикоснулся к чаше, от чего та наполовину наполнилась бордовой жидкостью, а точнее кровью. Позднее кровь так и оставалась постоянно свежей, что придавал Алтарю особо зловеще-торжественную ауру. Затем от дома отделился крепкий гном, такой же призрачный, как и воин, и поклонившись алтарю, он прикоснулся к пирамидке, от чего она превратилась в прозрачный и переливающийся бриллиант с остро оточенными гранями. После гнома к Алтарю подлетел пылающий Феникс, который также поклонился величественным статуям и около их ног появилось две плошки, в которых запылал огонь, который так больше и не погас. Следующим к алтарю полетело несколько ярких искорок, и исполнив весёлый танец вокруг фигур, они уселись на сложенные лапу и руку, так и оставшись на них, освещая площадь вокруг Алтаря. Последней к алтарю подошла прозрачная женщина, состоящая из воды, и поклонившись, она взошла на пьедестал, и прикоснулась к рукам, от чего с соединённых лапы и руки начали капать живительные капли, которые омывали каждого сошедшего с пьедестала возрождённого.