- Истинно глаголешь, Князь Ториус, - Алексей взял и перекрестился, - сила в тебе Господня, но скромность твоя превыше этой силы, за что тебе наше уважение и благодарность.
Тут же вся четвёрка – кузнецы вместе с «бригадиром» поклонились мне в пояс.
- Да чтоб вас, - бороться тут без толку, если бы они ёрничали или издевались, но тут было искреннее почитание, несмотря на мою показную жестокость, - зовите как хотите, только уважение не забывайте!
- Истинно глаголешь, Князь Ториус, - четвёрка опять поклонилась, - только роди нам ещё мастеровых. Люди сказывают, можешь ты сразу готовых мужиков рожать!
Меня пробил смех, слушать пожелания и верования этих бесхитростных людей было истинное удовольствие. Думаю, если бы я на их бабу залез, то мне прилетело бы в ухо от крепкого мужика, ибо не нужно ему такое подтверждение лояльности, как заливание спермой влагалища чужой бабы. Мне это очень импонировало, это Наши люди и понятия у них Наши. Вот и получается – сказывают можешь, вот и роди им готовых помощников!
- Порадовал ты меня, Алексей свет Иванович, - я решил немного подыграть молодому деду, но теперь четвёрка стояла гордо подбоченясь, ведь они были обласканы княжеской милостью, - много не могу «родить», но три мужика тут есть.
Я показал рукой на миску с кристаллами. От этого жеста мужики напряглись, и я понял, что они увидели лишь направление жеста, и им могло показаться, что я показываю на чашу с кровью. И чтобы развеять их страхи, я взял из первой один крупный голубоватый кристалл и легонько стукнул им о прозрачную вершину пирамидки, как яйцом по краю сковородки, но я не встретил сопротивления, и едва коснувшись пирамиды кристалл рассыпался мельчайшим песком, который мгновенно поднялся в воздух и из сгустившийся переливающейся пыли образовалось тело крепкого мужчины, которое через несколько мгновений ожило. Внешне разумный напоминал Хайнриха Мюллера, но был более правильным что ли. Хайнрих немного постоял на пьедестале, обдуваемый попутным ветерком, развивающим густые русые волосы, ну настоящий ариец, а затем он, поклонившись посмотрел сначала на Маатхи, а затем на меня, и сделал свой первый шаг вперёд, спустился по ступеням, и обойдя алтарь подошёл ко мне. Это не был уже тот Хайнрих, которого я успел запомнить. Он уже не имел в глазах разочарования, смешанного с надменностью, у него был чистый взгляд, в котором не было и тени прошлого презрения и разочарования. Поклонившись, новый человек гордо поднял голову. Он был значительно ниже меня, но всё равно не выказывал страха, и свободно смотрел мне прямо в глаза.
- Хорош, ничего не скажешь, - я решил сразу прояснить его отношение ко мне, - знаешь кто я?
- Да, вы мой Господин, которому я обязан своей жизнью и предоставленным шансом, я обязан служить вам словом, делом и честью, - Хайнрих встал на одно колено и склонил голову, - клянусь никогда не предавать вас, господин.
- Принесите ему одежду, накормите и напоите, - сказал я не оборачиваясь, я знал, что мою команду мгновенно исполнят, - встань, Хайнрих, я не буду давать тебе другое имя. Как звали твоего отца?
- Гельмут, Господин, - Хайнрих отвечал, не задумываясь только потому, что его просил Господин, - я рад, что могу служить вам.
- Хайнрих Гельмутович, значит, - новоиспечённому жителю принесли одежду, дали кусок хлеба с мысом и кубок с вином, - поступаешь в распоряжение Петра Ларсовича, будешь помогать строить лодку, потом сам определишься со специализацией.
Хайнрих облачился, принял из рук Ионы еду и вино, затем отошёл в распоряжение викинга. Представление прошло ещё дважды, и теперь трое крепких Ариев поступили на работу в объединённую ремесленную бригаду. Сказать, что Алексей был доволен, значит соврать. Уже после присоединения к бригаде Хайнриха, он был готов начать плясать, но вновь приобретённый статус степенного ремесленника не мог ему этого позволить. Когда с воскрешением немцев я закончил, то хотел уже пойти разгребать дела дальше. Но тут ко мне буквально подскочил Мойша:
- Ой вей, господин Молодой Человек, - Моисей был неисправим, поэтому я ждал, чего же он сейчас начнёт у меня клянчить, - таки Ви уже уходите? Теперь Ви уже не будете делать новых поцев?
- А твой-то интерес в чём? – мне даже очень стало интересно, чего ему хочется, - шлюху воскресить, или охранника для очень ценного счетовода?
- Ой мине шлюха никак не надо, я своей Сарочкой был всегда очень доволен, - Мойша энергично замахал руками, - слава Вам её тут не осталось! Ви таки били обещать мне архивариуса для дел в библиотеке!