Нехолодно было человеку у подземного огня. Не хотелось ему и есть. Разве ж полезет кусок в глотку, когда такое горе обрушилось на любезную сердцу землю! Изо всех сил берегло неутомимое сердце соль земли родимой, потому и дотянул он до весны. Когда высокие весенние ветра подняли потемневшую в зимних холодах воду моря до бурых корней Зеленого Камня, торчащего из желтого обрывистого берега, тогда она проникла в пределы обиталища Златобрюха Извечного — в тайну тайн его, и, пахнущая горечью и солью, светом и шумом шторма, она породила в недрах мыса тонкую беспрерывную музыку, которая и разбудила Извечного от спячки. Златобрюх вздрогнул, его тело, подчиняясь ритму подземной капели, стало медленно выходить из оцепенения. Трижды обвившийся вокруг тайны тайн Златобрюх Извечный содрогнулся. Спазма прокатилась вдоль тела, и он от раздвоенного кончика языка до иссохшего в долгой неподвижности хвоста почувствовал необоримую жажду, радужным ручейком просочился между жесткими каменными плитами наружу и упал на теплый песок успокоившегося недавно моря...
Погревшись на голове Зеленого Камня, Златобрюх Извечный увидел, как к Зеленому Камню начинает восхождение Она. Он не видел Ее с прошлой весны и потому встал на окрепший хвост, чтобы лучше разглядеть свою подругу. Она была короче его, но такая же, как сам он, радужная, но более тонкая. Она изо всех сил стремилась к нему, и кольца его тела, на которые он уверенно теперь опирался, подрагивали не от напряжения и непривычки, а от предвкушения встречи и счастья...
Дерзнувший помочь своему народу увидел их на песке вытянувшихся, сплетенных в косицу. Они отдыхали. И он решил подождать. Златобрюх Извечный давно слышал его шаги. Он знал: человек не потревожит его пределов без надобности. И потому ждал его, хоть и не спешил освободиться от объятий подруги. Но вот шаги стихли, и Златобрюх нежно, не прерывая сна Ее, медленно выполз из прохладной живой спирали.
Когда живой короной он охватил голову Зеленого Камня, человек заговорил. Он рассказал и о зловещей звезде, и о черной стае, и о коварстве предводителя, и как потекла в жилах некоторых его собратьев вода вместо крови...
Златобрюх слушал, все туже сжимая голову Зеленого Камня кольцами своего сильного длинного тела. Человек кончил говорить. Златобрюх отпустил мышцы и легко соскользнул сначала к корням Зеленого Камня, затем радужным ручьем потек по отвесной рыжей стене обрыва к морю. Оно приняло его и забурлило.
Человек не знал, что море слышало его рассказ. Человек не был уверен тогда в том, что сам Златобрюх Извечный что-то слышал, а если слышал, то понял из его рассказа, а если понял, то захотел, а если захотел, то сможет помочь...
Человек стоял, испытывая давно забытое чувство. Он любовался игрою воды, вобравшей первое солнечное тепло, и совершенно-прекрасным телом могучего Златобрюха Извечного.
Вдруг поднявшийся высокий ветер стал раскачивать море, и оно стало выталкивать одну за одной все более высокие волны. Вот уже вода моря захлестнула почву, на которой стоял человек. Тот отступал и отступал так, пока не оказался на вершине холма. Чем выше поднималось море, тем ниже опадал огонь над кратером холма. Не замечал этого человек. Он смотрел во все глаза, как вода моря обступала соляную гору со всех сторон, как закружили над ее вершиной напуганные черные птицы. И чем выше поднималась вода, тем беспокойнее кружила над ней черная стая. А когда вода скрыла белую вершину, птицы, покружив над сомкнувшейся водой, злобно крича, поднялись в небо и устремились к солнцу. Они посчитали, что это оно виновато в свершившемся, и решили отомстить ему. Человек видел, как солнце встречало зловещих гостей. Одна за другой птицы падали в его золотую пучину и сгорали в ней. Когда человек опустил глаза, то увидел: море вернулось в свои пределы, а на месте соляной горы раскинулось белое озеро...
Человек бросился вниз, к людям. Он видел: они бегут к морю, черпают его воду, пьют ее, и их бледным бескровным лицам возвращается былой цвет, цвет жизни. Хлебнул той воды и дерзнувший помочь своему народу. Хлебнул, и закружилась у него голова. Была влага не сладкой, как всегда, а соленой...
С тех пор вода в море солона. Но еще солонее вода озера, появившегося на месте горы Актуз. Вернулось счастье народу этой земли, но не такое, каким его знали жители этих мест раньше. Прежнее счастье было легкое. Новое счастье стоило трудов, мозолей, пота, а чаще всего крови. Сначала пришлось людям бороться за кусок хлеба, затем проливать кровь за свободу, ведь враги узнали дорогу в обетованный край... Долгое время людям этой земли недоставало того, чего когда-то было здесь вдосталь — хлеба и воды... Долгое время страдали эти, казалось бы, добившиеся большого счастья люди от постоянного своего врага — засухи. Но теперь и она бессильна.