А щенок торопился жевать. Потом будь что будет. И ничего хорошего не было бы, но Шайба не решалась близко сунуться к щенку. А когда одна собачонка боится, страх переходит и к другим.
– Так нельзя, – покрутив задом, решила Нелли. – Мы не какие-нибудь бродячие. Неприлично устраивать уличную драку.
– Надо позвать Нептуна, – предложил Боб. – Это его дело – наводить порядок.
Вилька побежала за Нептуном, и щенок понял, что ему придется худо.
Нептун был старым громадным сеттером с рыжей волнистой шерстью и длинными ушами. Вообще сеттеры – мирные собаки, но Нептун отличался крутым и мрачным характером. С его зубами многие были знакомы.
Нептун приближался. Вилька юлила впереди и повизгивала:
– Вот этот. Вот он… Щенок еще, а уже ворует…
Шавки поспешно расступились.
Щенок посмотрел в мутноватые синие глаза Нептуна и понял, что лучше всего брякнуться на спину и задрать лапы. Пора.
Но он не брякнулся и не задрал. Что-то случилось со щенком. Словно какая-то пружина вдруг в нем натянулась. Кроме страха, появилась злоба и сразу выросла. Он был, конечно, щенком, но ведь и щенка нельзя обижать без конца…
Он прижался задом к забору, беззвучно сморщил нос, приподнял губу. И показал свои мелкие щенячьи зубы. Стало тихо и страшно.
– Хи, – вдруг пискнула Вилька. – Он хочет драться. С Нептуном.
Нептун опустил голову и тяжелым взглядом обвел трусливых шавок. От этого взгляда они сначала прижались к земле, а потом брызнули в разные стороны. Щенок увидел, как Нептун повернулся и стал медленно уходить.
Старый сеттер уходил. Он не ответил на смешную щенячью дерзость. Он прожил на свете целых одиннадцать лет и был умным псом. Нептун многое видел и многое знал. Помнил он и то, что есть на свете край, где кругом только лес и реки, а люди живут в домах из оленьих шкур. Эти люди охотятся и пасут оленей. Охотиться и стеречь стада им помогают собаки. Нептун бывал там и знал этих собак. Встретив волка, они и ему не уступят дорогу.
Нептун вспомнил северных собак, когда увидел остроухого белого щенка, смешно оскалившего зубы. И ушел.
ИЗГНАНИЕ
Только под вечер Уголек появился во дворе. Он был мрачен. Он перенес дома много неприятностей, но не это его печалило. Уголек думал, конечно, о щенке. О белом щенке с золотыми глазами, с черной крапиной на ухе, с самой красивой собачьей мордой…
Двор был пуст, одеяло с клоуном уже не висело на сарае, кирпичный барьер оказался разрушенным, а на двери белели какие-то глупые надписи и карикатуры. “Митькина работа”, – подумал Уголек, но рассматривать и читать не стал. Не хотелось. Зато он вспомнил про другой рисунок, про щенка, которого нарисовал Вовка-художник. Щенячий портрет все еще белел на заборе. Но ведь это был только портрет.
С горестным вздохом Уголек покинул двор и стал подниматься по заросшему березками склону.
Он вышел на поляну и увидел своих друзей. Они сидели на спине обросшей махом коряги, которая лежала здесь с незапамятных времен.
– Из дальних стран, с лазурных берегов явился он, прекрасный и счастливый, – так известил о приближении Уголька Мушкетер. Уголек только усмехнулся: “Счастливый”. Он сел рядом с Толиком и стал молчать, чтобы все поняли, какая у него неудачная жизнь.
– Попало дома? – поинтересовался Славка.
– Попало, – равнодушно сказал Уголек. – Ерунда. Вот если бы…
– Значит мало попало, – с сожалением заметил Славка. – Надо бы больше.
– Ты чего это? – черные глазищи Уголька от удивления даже посветлели и стали почти синими. – За что? Сами же скатерть просили… А теперь…
– При чем тут скатерть? Как маленький, – тихо сказал Толик. На Уголька Толик даже не взглянул.
– Он не знает! – яростно взвыла Тетка и затрясла косами, похожими на рога. – Он ничего не знает! Глядите! Номер сорвал! Все дело испортил! На дворе теперь показаться нельзя! И спрашивает еще!.. Давайте выдерем его!
Уголек испугался. Не Тетки он, конечно, испугался, а того, что все с ним сейчас поссорятся. Все до единого! Они не понимают!
Если человека сильно обидят, ему трудно говорить громко. Уголек прошептал:
– Вы не знаете. Вы не видели, да? Там же сидел щенок. В калитке. Белый щенок. Я побежал, а он…
– А из настоящего цирка ты бы побежал? – спросил Толик.
– Как из настоящего?
– Очень просто. Был бы настоящим укротителем, выступал бы в настоящем цирке. Вдруг появляется твой любимый белый щенок. Ты бы за ним, да?
– Отвечай! – заорала Тетка. – Ты бы удрал с арены, да?! А львы пускай зрителей жрут, да?!