Берни наблюдал за мускатным орехом, медленно плавающим на поверхности его напитка.
— Кстати, о статье, Джонас… Ты уже получил у родителей разрешение на ее публикацию?
— Нет, еще не получил. Думаю, Мария согласится на это, возможно, ее отец тоже, но вот мать… — Джонас покачал головой. — Мне нужно будет убедить ее в уникальности этого проекта.
Неожиданно, вытирая руки об фартук, из кухни вышла Эстер Шварц.
— Джонас, Пенни звонит. Говорит, у тебя срочный вызов.
Он поставил бокал на стол и пошел на кухню, через минуту он пронесся через гостиную в прихожую и схватил плащ.
— Мне пора, Берни, у Марии Анны Мак-Фарленд начинаются роды.
Спустя несколько минут у дома затормозила машина, хлопнула входная дверь, в коридоре послышались тяжелые шаги и на пороге комнаты Марии возник запыхавшийся, в наполовину снятом плаще, Тед.
— Привет, пап.
— Котенок! — Он подлетел к кровати и схватил ее руки.
— Ты уверена, что уже пора?
— Уверена.
— Почему ты еще не в больнице? Где доктор Вэйд? Где мама?
— Я здесь, Тед.
Он резко обернулся. Люссиль стояла в дверном проходе с простынями и полотенцами в руках. Она уже была одета в удобный домашний костюм. Войдя в комнату, она положила белье на прикроватный столик.
— Твоя дочь вот-вот начнет рожать. Почему бы тебе не снять плащ и не начать помогать? Разведи в гостиной огонь посильнее, а то на улице холодает и начинается сильный дождь.
— Люссиль…
Она, не глядя на него, прошла мимо.
— Доктор Вэйд скоро приедет; он только что звонил. Он заедет на минутку в больницу, а потом сразу сюда. Отойди, пожалуйста, я должна помочь Марии Анне…
Он встал, лицо было бледным и потерянным, и попытался заставить жену посмотреть на него.
— Когда ты звонила…
Люссиль взяла в руки несколько полотенец и повернулась к нему спиной.
— Тед, отвернись на минутку. Знаешь, Мария Анна, нам повезло, что ты услышала имя клиентки, с которой встречался сегодня отец. Ты можешь немного приподняться, чтобы я могла подложить под тебя полотенца?
Очередная схватка заставила Марию сморщиться от боли и задержать дыхание. Она медленно выдохнула и, открыв глаза, прошептала: «Машина подъехала…»
Не успел раздаться звонок, как Тед уже бежал в прихожую. Он впустил Джонаса Вэйда в дом, взял у него плащ и мокрый зонтик и быстро провел его в спальню, где они увидели Люссиль, спокойно сидящую на стуле с прямой спинкой и держащую дочь за руку.
Мария, лицо которой было покрыто капельками пота, широко улыбнулась.
— Я знала, что вы приедете вовремя! — Люссиль встала и отошла от кровати. — Схватки начались около шести часов, доктор, после того, как отошли воды, — сказала она, — схватки идут регулярно, с интервалом в четыре минуты.
Доктор поставил медицинский саквояж и зеленый сверток на стул.
— Слышал, ты отказываешься ехать в больницу.
— Каленым железом не заставишь.
На его лице появилась кривая улыбка, но голос оставался серьезным.
— Давай-ка, Мария, я лучше отвезу тебя в больницу. Ради блага твоего ребенка…
— Нет, доктор Вэйд.
Он несколько секунд молча смотрел на нее, чувствуя, как внутри него начинает шевелиться страх.
— Хорошо, давай я тебя осмотрю.
Люссиль осталась ему помогать, с тревогой наблюдая за происходящим, в то время как Тед, извинившись, вышел из комнаты. Доктор Вэйд долго и тщательно осматривал Марию. Наконец сдержанным тихим голосом он произнес:
— Пока все идет нормально. Голова ребенка в нужном положении. Сердце прослушивается хорошо. Шейка матки раскрылась на восемь сантиметров. — Он накрыл Марию покрывалом. — Остается только ждать.
— Сколько?
Джонас Вэйд услышал, как в окно застучал ветер с дождем и машинально поежился.
— Не знаю. Для первых родов все идет слишком быстро. Может быть, пару часов. Мария, позволь мне отвезти тебя в больницу.
Она решительно покачала головой.
— Доктор, я могу вам что-нибудь предложить? Может быть, кофе?
— Нет, спасибо, миссис Мак-Фарленд. — Он взял сверток, за которым заезжал в больницу, и поставил его возле подножия кровати. — Скоро к нам присоединится доктор Форрест, детский педиатр, он привезет инкубатор. Вам нужно будет найти место, куда его поставить. Я также взял на себя смелость, когда заезжал в больницу за инструментами, позвонить в службу патронажных сестер…
Через некоторое время в дверь снова позвонили, и тишину дома нарушили приглушенные голоса. Затем в дверь комнаты Марии тихо постучали.