Эмъен спас тебе жизнь?
Что ты пообещал ему взамен?
Снова повисла пауза. За окном зашумел ветер. Суна не могла разглядеть лица Мориана, но прислушавшись, поняла, что он задержал дыхание.
Девушка уже готова была повторить вопрос, как эльф шумно выдохнул.
— А откуда ты знаешь, что это магия эмъенов?
Суна встрепенулась.
— Я первая спросила! — возмутилась она. — Мне скрывать нечего, могу и рассказать.
— Первая спросила… — эмъен спас мне жизнь, — легко признался Мориан. — Я понимаю, что эльфы считают, что все эмъены — наши вечные враги, но…
— Мориан, я прекрасно знаю, что не все эмъены воевали в Предэпоху, и не все засыпали с мыслью о том, как бы нас скорей перебить, — нетерпеливо перебила эльфа Амарисуна.
— Тогда тебе будет понятнее. Я Изгнанник, Наемник. Я защищаю интересы тех, кого считаю правой стороной. Так уж вышло, что однажды те, от кого я защищал своих нанимателей, решили, что проще убить меня, спрятавшись в темноте, чем постоянно убегать.
И им это почти удалось.
Мориан почесал затылок.
— В том краю вообще было на редкость много эмъенов, — протянул он. — И один из них видимо специально ходил по ночам темными переулками, где со вспоротым брюхом лежат умирающие эльфы. Я не знал и не знаю его, он не знал меня, но владел магией своего рода.
И спас мне жизнь. Просто так, не сказав своего имени, не попросив ничего взамен.
Отдал мне месяцы или несколько лет своего существования, чтобы я мог жить.
И ушел, прежде чем я смог до конца придти в себя.
Мориан согнул ноги, сложил ладони на коленях домиком и положил на руки подбородок.
— Откровенность за откровенность. Эмъенская магия — не та вещь, о которой рассказывают детям на ночь.
Суна горько усмехнулась.
— Да уж, именно, что детям. Мои родители хорошие друзья воинов одного из Кланов. Странно, правда?
— Немного. Ты не похожа на дочь эльфов, которые то и дело срываются с места с оружием, — подтвердил Мориан.
— Они не воины. Про таких, как они, говорят: "родились под звездой путешествий". Мы жили в земле Амель Юрэнан, ты, наверное, знаешь, что они… всегда были несколько обособлены от прочих земель и Закона… как и некоторые другие дальние земли, — медленно ответила Суна.
Мориан кивнул.
"Вот теперь ясно и происхождение меча. Память о родителях или о друзьях. Правда, очень уж щедрый подарок — судя по клейму, меч был выкован еще в единой земле. Такое старое оружие должно иметь большую ценность".
— Там есть школа Стражей и Воинов — довольно известная в дальних землях…
— Школа Улиэня Дагирая. Единственного эмъена, который живет в эльфийской земле и пользуется безграничным уважением среди воинов, — закончил Мориан.
Суна кивнула.
— Я даже не удивлена, что ты знаешь. Улиэнь был другом моих родителей. Каждый раз, когда они уезжали в очередное путешествие, он забирал меня в свою школу и приглядывал за мной. Собственно, тогда он только стал Учителем…
— А потом твои родители не вернулись, — догадался Мориан. Амарисуна показала ему кулак в ответ. Мориан, правда, жеста в темноте не увидел.
— Глупостей больше не говори. Они всегда возвращаются, просто они так часто и много путешествуют, что я забываю их лица. Удивительно, как меня вообще родить успели.
— Голос у тебя печальный, — заметил эльф. Суна зябко повела плечами.
— Однажды, когда они в очередной раз уехали в путешествие, произошел инцидент…
В общем, я узнала, что обладаю даром Целителя. В Амэль Юренане не было Целителей, так что я уехала учиться в Андагриэль. Ну и так получилось, что я не вернулась. Родные прислали мне вестника с сообщением. Что перед новым путешествием хотели увидеть меня, но так расстроены тем, что я бросила Амэль Юренан без своей помощи, что не хотят заезжать в Андагриэль.
— Ты их с тех пор видела? — полюбопытствовал Мориан. Амарисуна покачала головой.
— Нет. Иногда мне начинает казаться, что даже не помню их лиц. Они давно не присылали вестников, я боюсь, не случилось ли с ними что…
Суна легонько хлопнула себя по колену и поднялась на ноги.
— Извини, что помешала твоему сну. И спасибо за честность, — серьезно сказала она.
Мориан пригляделся к белому одеялу.
— Никогда не жалела о том, что уехала? — полюбопытствовал он. Одеяло пожало плечами.
— Не знаю. Нет, — явно соврала Суна.
Мориан хмыкнул.
— Ну, тогда спокойной ночи.
— Спокойной ночи.
Амарисуна выскользнула за дверь.
Мориан прислушался к заскрипевшим ступеням и лег, заложив руки за голову.
Она больше не злилась на него.
И это было еще более неожиданным, чем вопрос о магии эмъенов.
Эльф перевел дыхание.
Дом спал. Казалось, прислушайся, и услышишь, как он дышит. Скипят доски, вздыхает пол, качаются ставни. Шелестит засохший вьюн на стене.
И почему-то от этого ощущения Мориану было жутко
Утро было пасмурным и холодным. Дождь прекратился, трава и земля были мокрые, пахло грибами, прелыми листьями и дующим откуда-то из других земель ветром — незнакомым и терпким.
За ночь Дахо, Смешинка и Вихрь отдохнули и выглядели довольно бодрыми. Единорог, верный своей привычке, что-то неторопливо дожевывал, с любопытством глядя на стоящую неподалеку группу людей. Некоторых жителей, вставших еще до восхода солнца, спустя пару часов ждал сюрприз в виде двух незнакомых лошадей, одного единорога, весело напевающей девушки и двух сонных эльфов, собирающихся в дорогу перед домом Старейшин.
Шалина провела их к противоположному от реки концу селения и показала на узкую дорогу — полосу примятой травы с проплешинами, окаймленную наполненными грязью следами от колес повозок.
— Проедете по ней, и окажетесь на главной дороге, — показала женщина вперед рукой.
— А не проще нам вернуться тем путем, которым мы пришли? — засомневалась Елайя. — Ну, опять продеремся через лес как-нибудь.
Шалина замахала руками:
— Да нет, конечно! По этой дороге вы четверть оставшегося пути срежете — ее давно проложили через лес, чтобы было удобнее ездить до города и до Армэля
— Что это за селение, никогда не слышал, — Мориан легко вскочил в седло. — Сельтенское что ли?
— Сельте-ены… — недовольно протянула Елайя. — Я не хочу к ним.
— Да вы что, Армэль — очень крупное селение, — удивилась Шалина. — Раз в сезон там проходит самый крупный торг в этих краях.
— Любопытно было бы взглянуть, — Суна тяжело перевалилась через спину единорога и замерла, лежа поперек. Сил сесть нормально не было. Мориан издал короткий смешок, подъехал к Вихрю, ухватил девушку подмышки, и усадил в седло. Девушка привалилась лбом к шее единорога и пару раз стукнулась лбом.
— Спать хочу…
Шалина спрятала улыбку.
— В Армэле есть постоялый двор. Но мне показалось, вы торопитесь… к сожалению.
Женщина выразительно посмотрела на эльфа.
Амарисуна перехватила взгляд и нарочито медленно приподняла левую бровь.
Распрощавшись — Шалина звучно чмокнула Мориана в щеку, и эльф едва заметно смутился, — троица неспешно тронулась в путь. То есть, Суна предпочла бы и поторопиться, но скакать во весь опор, когда грязь из-под копыт летит в лицо, было бы неразумно.
— Какая она навязчивая, — сказала Целительница, едва они скрылись из виду Шалины. — Явно ты ей понравился.
Эльф закутался в плащ и зябко повел плечами.
— Вам ничего не показалось странным? — спросил он. Девушки переглянулись.
— Нет, — ответила Елайя. — Почему спросил?
Мориан провел рукой по волосам.
— У меня ночью возникло странное чувство. Будто бы я сплю, будто бы всего, что я вижу — не существует.
— Ничего такого не заметила, — пожала плечами Елайя. — Вкусная еда, приветливые люди.
— И живой, дышащий дом, — вторил ей эльф. — Как будто все это место наполнено магией.