— У Филониды Паисьевны. Я к ней приехала. Нужно было поговорить. Оставаться на ночь не планировала, но так получилось.
— Это её? — Нина бесцеремонно дёрнула за рукав кофтёнки. — Снимайте, снимайте скорее. Прямо здесь снимайте!
Она попыталась стащить с опешившей девушки кофту и закричала громко:
— Олежа, Олежа! Срочно протапливай баньку!
— Не надо баньку! — взвизгнула Зося. — Я жар не выношу!
— Тебе обязательно нужно попариться! У меня и травки специальные есть…
— Нет! — Зося слышать не хотела ни про баню, ни про травки. — Я душ приму. И посплю. Дайте, пожалуйста, ключ.
— Ты чего расшумелась, сумятня (суматоха, бел)? — из коридорчика вошёл седой усатый Олежа. Взглянув на Зосю, приподнял удивленно брови и, нерешительно кивнув, представился. — Олег Иванович.
— Зося. Извините, что доставила вам неудобство.
— Какое-там неудобство. — отмахнулся Олег Иванович. — Всё понимаю, дело то молодое. И Андрюха парень хороший. Надёжный.
— Она не у Андрея ночевала! В Патрикевичах! — выпалила Нина. — У дурноватой!
— У бабки Филы? Ночевала? — Олег Иванович застыл с приоткрытым ртом.
И жена снова заторопила его, требуя, чтобы занялся банькой.
— Не надо никакой баньки! Я душем обойдусь. Спасибо вам за заботу, извините еще раз. — зажав в руке ключ и кивая как болванчик, Зося попятилась к лестнице.
— Но как же? Банька… — снова попыталась возразить Нина, но муж перебил, взглянул предостерегающе: — «Что ты престала к девушке? Не хочет, значит не нужно ей. Сказано — обойдётся душем. Вот и не лезь.
В номере Зося первым делом освободилась от бабкиной кофты и перед тем, как поставить сотовый на зарядку, набрала Петьку. Результат был всё тот же — механический голос затянул равнодушно, что абонент недоступен.
Тогда Зося позвонила матери. Бодро отрапортовав, что у неё всё хорошо и конференция продлится еще пару дней, попросила узнать про Петьку. Далёкая от околонаучных кругов мать ничуть не усомнилась в правдивости её слов несмотря на то, что уже начался июнь.
— Вернусь со смены — узнаю. — пообещала она. — Только зачем он тебе сдался, доча?
— Хочу кое о чём спросить, — снова соврала Зося и отключилась.
Намокая под душем, девушка размышляла о непонятном Петькином молчании. Не мог же он проболтаться о своей просьбе Владиславе? Или всё же — Полине? Бабка Филонида недвусмысленно на это намекнула.
Не мог же поступить настолько глупо?..
От бабки мысли перетекли к странной реакции Нины. Какого еще Андрея она имела в виду? И почему так настаивала на баньке?
Вспомнив бородавчатое страшилище с распяленной пастью, Зося задрожала. Вода сразу же показалась прохладной, ссадины, оставленные веником, защипали.
Надо бы сходить в аптеку, купить какой-нибудь мази.
И обязательно увидеться с Корнеем Захаровичем! Пусть объяснит, почему отправил их в ту деревню.
— Зося? — негромко позвала Нина из-за двери. — Я травок запарила, кастрюля на столе. Обмоешься после душа.
Вот приставучая тётка! Но даже хорошо, что она сейчас пришла. Может, у неё найдётся что-нибудь обеззараживающее.
Невинный вопрос встревожил Нину, и она заглянула в ванную комнату.
Не обращая внимания на протесты Зоси, отдёрнула занавеску и распричиталась при виде красных полос на спине.
— Из Патрикевичей принесла. — Нина не спрашивала — утверждала. — Знала бы, что ты туда намылилась — не пустила бы. Отговорила. Вылезай. Я мигом.
Пока Зося приводила себя в порядок, Нина принесла в баночке жёлтую жирную мазь. Пахло от неё специфически, чем-то резким, похожим на дёготь.
— Я немного положу, она сразу впитается. Пощиплет, конечно. Но то не страшно. Бабка Фила небось в баню водила? Теперь понимаю, отчего ты так дёргалась.
— Водила, — морщась от боли, выдавила Зося. Отрицать очевидное было бесполезно, а рассказывать про жабу — неловко и стыдно. Еще подумают, что она тоже с приветом. Дурноватая, как Нина назвала бабку.
— Что ты оставила в Патрикевичах? — Нина закончила экзекуцию и накинула на Зосю свободный длинный халат. — Сейчас впитается полностью, тогда можешь переодеться. Но обрабатывать придётся еще несколько дней.
— Может что-то другое купить? Я провоняюсь до костей вашей мазью.
— Потерпишь. Это еще от бабы Прони осталось. Спасибо, она запасы делала. И Андрею спасибо, что делится с нами. Ты правда его не знаешь?
— Правда. Первый раз от вас услышала.
— Хороший парень. Ветреный немного. Но у вас, у молодых, это вроде норма. Раньше здесь бабка его жила, Прасковья Прохоровна. А теперь он из города наезжает. И всегда с компанией. Друзей привозит, подруг. Последний раз много народу было. Две пары даже у нас комнаты снимали. Вот я подумала, что ты тоже к нему приехала.