— Филонида Паисьевна сказала, что её сестра забрала у меня дедку. А Андрей это опровергнул.
— То да, можа частичку и вынула. А Андрей добрать хотел, за тем тебя в шалаш и отправили.
— К чему эти сложности? Он же мог дедку дома забрать!
— Не мог. Нина то с Олежей знали, где ты. Если всего дзядку выбрать, от человека оболочка останется. Пустой он сделается. Вроде дурачка. Андрей в поселке для всех хороший. Не знают про его суть. Да и про Прасковьину тоже. Вот и не стал подставляться.
Баба Чура рассказывала, а сама тянула из угла паутинную нитку. Зося засмотрелась даже, как та, будто сама собой, постепенно сплетается в красивый узор.
— Тебе платочек делаю. Когда у себя окажешься — связью послужит. Случится что нехорошее — на голову его повяжешь и меня услышишь, сможешь совета испросить.
«Когда у себя окажешься»!
При этих словах Зося прямо подпрыгнула. Значит, она сможет вернуться! Это ли не чудесная новость!
Но как же булавка? Она же должна найти булавку? Или — не должна?
— Прасковья тебя в шалаш привела, чтобы дзядку добрать. — баба Чура с лёгкостью угадала Зосины мысли. — Хотя про булавку не соврала. Только сама ты её не отыщешь. И я тут тебе не помощница.
— И что же мне теперь делать?? — Зося немедленно почувствовала себя обманутой. Только что ей посулили скорейшее возвращение домой, а потом оказалось, что это всего лишь слова.
— Венок мне принести. А уж потом думать про булавку. Её учует тот, с кем связь у Филы давняя. Кто часть от её дома, от её очага. Смекаешь про кого речь веду?
— Про… про домового? Филонида Паисьевна… Авигея домового выгнала… Это Прасковья сказала.
— И не соврала. Домового и попросишь.
— Но как я его найду-то?? И если найду — согласится ли он помочь?
— А что в корзинке у тебя? Чьё перо? Один раз он тебя удержал от ночного похода. Когда перо подобрала и с Прасковьей говорила.
— Откуда вы знаете??
— Да уж знаю. Ты, девчоночка, как открытая книга.
Баба Чура довязала платочек, сложила его на лавочке, а потом кликнула сопуху. Попросила, чтобы та подала гребень.
— Вот, возьми. Расчеши волоса. — скомандовала, когда её помощница протянула Зосе деревянный гребешок.
Зося послушно несколько раз провела гребнем по голове, всякий раз морщась, когда остро заточенные зубцы касались кожи.
— Ну ка, начипилось что? Вроде есть немного. Снимай волоски и бросай их в котел. — последовал новый приказ.
— Зачем? — испугалась Зося.
— Чтобы варево тебя признало. Я свой тоже добавила. Да не таращься ты, бросай.
— А ваш зачем?
— Чтоб ты дорогу назад нашла. Карузлик тебя туда проведёт, а обратно — сама.
— Кто это такой? — о карузлике Зося слышала впервые. Впрочем, как и о сопухе.
— Помощничек мой. Ему можно довериться.
— Так странно. Я столько литературы прочитала, и ни разу мне не попались такие… ммм… существа. Карузлик — это ваш домовой?
— Лесной он. Вроде гнома. Снует по пуще, много чего видит, много чего знает. Может дорогу запутать, а может — наоборот. Может к ягодным россыпям отвести или к грибным полянам. Может и места кладов показать. Только ты про них не спрашивай. Не лезь к нему с разговорами. Не любит того. Поняла?
— Не собираюсь я к нему лезть. Очень надо!
— То и хорошо. У тебя есть цель. Про неё думай.
Варево в котелке бурлило и пенилось, сопуха всё помешивала его — до тех пор, пока обломок ветки у неё в руках не начал слабо светиться.
— Поспело! — одобрительно крякнула бабка и велела снимать котел с огня.
Только теперь, глядя на пузырящуюся вонючую жижу, Зося полностью осознала — что ей предстоит сделать!
Воображение живо нарисовало рвущихся в шалаш русалок и остроголовую тень над макушками сосен. Испытать подобное снова она ни за что бы не отважилась!
— Я… я не пойду в лес! Я не хочу, я боюсь! Я не справлюсь! — залепетала Зося. — Пожалуйста! Не посылайте меня за венком!
— Ишь, проняло как. Не увидят тебя. До места карузлик сопроводит, а обратно дорогу найдёшь по памяти. Когда венок снимешь — иди обратно и не оборачивайся! И смотри на землю, чтобы в лясунов след не ступить!
— Мне Прасковья то же самое про след говорила!
— Верно говорила. Не соврала. Ей ты нужна была целёхонькой. Чтобы дело до ума довести и дзядку заполучить. Не трясися, ну! Давай оглажу.