Тон его резко поменялся.
А потом кресло, стоявшее у стола, медленно повернулось, и перед Зосей предстала улыбающаяся Полина. Или может быть — Владислава?
Не ожидавшая встречи Зося отшатнулась к двери, но Петька загородил собой выход.
— Приветствую тебя в нашей скромной обители. Неплохо получилось её обустроить, согласна? — светским тоном поинтересовалась одна из близняшек, поглаживая длинную нить драгоценного сотуара. Она по-прежнему предпочитала черные платья в пол и макияж в стиле «панды». Однако тщательно выбеленное лицо изменилось — сделалось меньше и как будто немного усохло, кожа плотно обхватывала кости, щёки ввалились.
— Полина? — голос Зоси предательски задрожал. — Я не ожидала… не думала… Петя сказал…
— Дом привлёк нас своей мрачной аурой. Да ты и сама наслышана о его дурной славе. Мы решили дать ему шанс возродиться. Организовали что-то вроде дневного пансиона для девчушек. Детки играют, общаются, обучаются хорошим манерам…
— Вы молодцы. Серьёзно, молодцы. — забормотала Зося. — Рада была увидеться. Но у меня дела!
— Ну что же, дела так дела. — выразительно вздохнула Полина. — Торопишься придумывать новые колыбельные?
— Откуда ты про них знаешь??
— Слухами земля полнится. Такое умение в маленьком городке не скрыть.
Полина откровенно забавлялась Зосиным смятением, а Зосе всё сильнее становилось не по себе. И она снова повторила, что спешит и даже подтолкнула Петьку, чтобы перестал загораживать дверь.
— Проводи гостью, — Полина махнула Петьке. — Ещё заблудится, чего доброго. Зайдет не туда. Да там и останется… Приятно было повидаться, Зося. Рада, что ты совсем не изменилась. Такая же простушка.
— Зато ты изменилась… — пробормотала Зося себе под нос, но Петька услышал и нахмурился. Но Зосе было всё равно.
Разговаривать с ним больше не имело смысла — после очередного обмана Зося полностью утратила к нему доверие.
Она лишь спросила, где сейчас Владислава. Хотела проверить — скажет он про больницу или нет.
— Соскучилась? — ухмыльнулся Петька.
— Да нет. Просто поинтересовалась. Она, наверное, тоже изменилась?
— Жизнь идёт, мы меняемся… — Петька остановился на площадке перед идущими вниз ступенями. — Но раз уж ты задала вопрос — удовлетворю твоё любопытство.
Петька склонил голову к плечу, улыбнулся кривовато, и черты на лице начали плавно расплываться. И под тихий всхлип Зоси он трансформировался во Владиславу.
— Ты хотела со мной поговорить? — Владислава хихикнула, наслаждаясь Зосиной реакцией. — Зря ты вернулась сюда, Зоська. Осталась бы в деревне и не знала бед. Но теперь поздно.
— Где Петя? Что вы сделали с Петей? — Зося начала медленно отступать.
— Петька? Да здесь где-то… Он вечно толчётся под ногами… Погоди, не спеши. Сейчас найдём и Петьку.
Владислава шагнула к задрапированной бархатом стене и резко отдёрнула ткань.
В полутемной нише помещалась какая-то фигура. Зосе показалось сначала, что это покрытая пылью статуя, и только потом она узнала в ней Петьку!
Он стоял не шевелясь. Взгляд был остекленевший. Замороженный. Петька отрешенно смотрел перед собой, но ничего не мог увидеть.
— Вот и твой дружочек. Куда же ты заторопилась? Больше не хочешь его обнять? Посекретничать с ним? — громко захохотала Владислава вслед несущейся вниз по лестнице Зосе.
Но Зося даже не обернулась на неё.
Подбежав к выходу, рванула дверь, запоздало испугавшись, что та может быть заперта. Однако дверь послушно подалась, и Зося едва успела притормозить, увидев перед собой вместо улицы… зеркало!
Растрёпанная, испуганная, с прижатым к груди цикламеном в горшке она замерла перед своим отражением, не зная, что делать дальше. И вскрикнула от ужаса, когда оно стало меняться.
Черты лица заострились, сделались неузнаваемыми, другими! Фигура изогнулась под немыслимым углом, руки начали удлиняться, потянулись к ней… А потом зеркальная Зося обхватила себя настоящую за плечи и втащила внутрь стекла!
Утро началось для Тани с головной боли, а тут еще Томочка сообщила, что несколько клиентов попросили перенести встречу. Но это оказалось очень кстати, поскольку у Тани на день были другие планы.
Действуя по привычке, она выпила тёплой воды, сделала несколько упражнений на растяжку и занялась приготовлением кофе. Это был обязательный ритуал, приятный момент безделья, помогающий сонастроиться с миром. За кофе Таня обычно отвечала на сообщения, просматривала ленту местных новостей и просто кайфовала.