Понял, понял. — молча закивал карузлик, и, попятившись, скрылся таки в кустах.
А Таня оглядела покосившиеся строеньица заброшенной деревни и медленно пошла к самому крайнему дому, из окна которого на неё пристально смотрела сморщенная худая старуха в темном платке.
Глава 15
Филонида Паисьевна увидела Таню несмотря на непрогляд.
И это осложняло задачу.
Таня рассчитывала, что сможет быстро нейтрализовать бабку и приступить к ритуалу призыва сестер.
Теперь же следовало что-то срочно придумывать, чтобы усыпить бдительность ночницы и воспользоваться полученной от Чуры булавкой.
— Филонида Паисьевна! К вам можно? — Таня подтолкнула незапертую дверь и ступила в небольшие сенцы.
Её никто не встретил, и потоптавшись на порожке, Таня двинулась дальше, готовая в любую секунду дать отпор неожиданному нападению.
Но ничего не случилось.
Тане позволили пройти.
Комната, в которую она попала, выглядела нежилой и запущенной. Несмотря на солнечный день здесь было сумрачно и стыло. Вся в пыли и паутине выступала из стены нетопленная печь. По углам залегли чёрные тени, на потолке лепилось недостроенное осами гнездо.
Хозяйка стояла возле окна и исподлобья смотрела на Таню из-под нависших складками век.
Если бы Зося оказалась здесь сейчас, то ни за что бы не узнала в угрюмой согнутой старухе улыбчивую и приветливую Филониду Паисьевну. На самом деле в последний Зосин приезд бабка выглядела точно так же, просто отвела Зосе глаза. На Таню же подобные уловки не действовали. И она хорошо видела и длинные ногти-крюки на руках, и коричневую всю в пятнах кожу лица, и босые когтистые ноги, покрытые то ли пухом, то ли мехом.
— Здравствуйте, Филонида Паисьевна! — Таня изобразила улыбку. — А я вот проездом в Патрикевичах. Гостинцы вам привезла от сестёр. Помните девчонок-близнецов? Знаю, что помните.
Бабка ничего не ответила, но Таня продолжила игру. Стащила рюкзак, и покопавшись в нём, положила на грязный стол пачку печенья и несколько конфет. Расчёт был простой — Таня понять, насколько изменения, случившиеся с бабкой, фатальны для неё. Если Филонида проявит к гостинцам хоть какой-то интерес, значит не всё потеряно и можно будет попытаться вытравить из неё Авигею. Хотя, судя по тому, что Таня уже увидела — процесс полного превращения почти произошёл, и Филонида растворилась в черноте сестрицы. Она запустила дом, не вела хозяйство, держалась равнодушно и отчужденно, никак не среагировав на Танино появление. К тому же она отлично видела скрытое непроглядом. И это, пожалуй, было самым главным доказательством необратимых перемен.
Как Таня и предполагала — подарки не произвели на Филониду должного впечатления, она даже не посмотрела на них. Только лишь голодный цвыркун откликнулся благодарным стрекотаньем на Танин добрый жест.
— Филонида Паисьевна…Так я чего приехала к вам… Хочу предложить сотрудничество. Если надо и договор заключим. Мне по работе нужно. Чтобы простаков ловить… У сестёр прям хорошо пошло. Я тоже так хочу! — Таня продолжила беззаботно болтать, чтобы не выдать ночнице своих истинных намерений.
Сама же медленно продвигалась к окну, крепко зажав в ладони булавку.
Чтобы не спугнуть тварь, она заставила себя не спешить и пыталась отвлечь бабку разговором.
И всё же Филонида разгадала её манёвр. Когда Таня подошла совсем близко, бабка быстро шагнула в угол и растворилась среди теней.
Мысленно обругав себя, Таня включила фонарик на сотовом и подсветила темноту.
Филониды в углу не оказалось. Только на стене шевелились и подрагивали чёрной кляксой скрученные в клубок щупальца. Сжавшись от яркого света, они метнулись в сторону и втянулись в щель под следующей дверью.
Всё это очень не понравилось Тане. Ей даже сделалось немного не по себе от прыткости и неуловимости ночницы. Похоже, её план провалился и усыпить бдительность твари не удалось. А если Авигея так и останется тенью, нейтрализовать её с помощью булавки тоже не получится.
— Филонида Паисьевна! — Таня поскребла в дверь ногтями. — Вы меня очень впечатлили. Правда, очень! Может, пора прекратить развлекаться и обсудить наше будущее сотрудничество?
Ничего. Только тоненький стрёкот-вздох из-за печи.
Ну, что же, войдём без приглашения.
Выждав минуту, Таня рывком распахнула дверь шагнула внутрь комнаты.
Темнота подалась ей навстречу, обволокла липкой влажной прохладой, дохнула в лицо затхлостью и пылью.
Луч фонарика потерялся в ней, а потом отключился и телефон.