Нетвердо стоя на ногах от дозы алкоголя и полученной оплеухи, тем не менее, проститутка дотошно осмотрела свой наряд и принялась сосредоточенно отряхивать его от грязи. В какой-то момент она заметила мальчика. В её мутных глазах загорелась ярость пополам с радостью. Наконец-то есть на ком безнаказанно сорвать злобу за унижения, выпавшие на её долю.
— А-а! Всё шпионишь, мелкий засранец? Снова бабка послала!
Грязно выругавшись, проститутка схватила ребенка за руку, и с размаха ударила. Наученный горьким опытом, тот попытался прикрыть голову руками, но это еще больше разъярило любвеобильную мамашу.
— Ну, давай! Иди, скажи старой суке, что я опять на улицу вышла! Чтобы эта потаскуха опять деньги таскала! Мои! Кровные! Когда же эта…лядина нажрется да сдохнет?.. Кровопийцы! Всё вам мало! Сколько раз говорила, не таскайся за мной!
Под градом ударов мальчик упал и попытался отползти, но проститутке показалось мало. Подскочив, она принялась ожесточенно пинать скрюченное тельце.
— Вот тебе! Вот тебе! Будешь знать, как шпионить! Ни копейки не дам! Хоть подохните со старой курвой! — в визгливом голосе слышалось торжество мелкой пакостной твари.
Мужики захохотали.
— Вот, б… дает! Ишь, как круто своего сучонка воспитывает! — воскликнул клиент с одобрением, и проститутка принялась пинать мальчика с удвоенной силой.
— Пожалуй, на сегодня достаточно зрелищ жизни на дне, — бесцветным голосом произнёс Иван. — Мы не нарушим охотничий кодекс, взяв их в оборот. Насколько я припоминаю человеческое право, когда одни взрослые издеваются над беззащитным ребенком, а другие на это безразлично смотрят, то такое действо подлежит наказанию. К сожалению, их неповоротливая машина правосудия действует долго и зачастую в упор не видит таких мелочей, но мы не настолько близоруки. Правда, девочки?
— Ладожский, мне не нравится дичь. Давай не будем спешить и ещё немного погуляем… — беззаботно проговорила Соня и, взяв его под руку, потянула за собой.
Делая вид, что не слышит, Иван мягко освободился из её хватки и продолжал:
— Предлагаю на правах их знаменитого суда-тройки вынести скорый приговор. Кто за то, чтобы приговорить подонков к смертной казни? Единогласно, — произнес он, непримиримо глядя на вдруг заколебавшуюся девушку. — Помолчи. На ком-нибудь другом более достойном демонстрируй своё человеколюбие. Учти, я обязательно прослежу, чтобы на этот раз ты не отлынивала от охоты.
— Прекрати, командовать!.. — взвилась Соня, но под его взглядом понурилась и чуть слышно буркнула: — Хорошо, я постараюсь.
Мари удивленно покосилась на подругу.
— О чём речь?
— Не бери в голову. С некоторых пор на почве человеколюбия у Беккер развивается паранойя. Пора её вытравить, пока та не приняла необратимый характер, и она не выпала из вампирского сообщества, — сдержанно пояснил Иван, заметив её недоумение. — Хватит болтовни, пора за дело! — скомандовал он, бесшумно срываясь с места. Возбуждённо сверкая глазами, девушки двинулись следом.
Троица, увлекшаяся издевательствами над мальчишкой, не замечала их до того момента, пока они не остановились рядом.
— Чё надо, придурок? Чё…, уставился? Тут тебе не театр! — злобно оскалился товарищ с гор.
— Почему? Такое поучительное зрелище нечасто увидишь. А сколько экспрессии и динамизма в постановке! — лениво растягивая слова, сказал Иван. Засунув руки в карманы, он принял обманчиво расслабленную позу.
Почти скрытые его высокой фигурой девушки держались позади и пока не вмешивались в действие. Посерьёзнев, сутенер исподлобья разглядывал потенциального противника. Слишком самоуверенная поза, уверенный взгляд и показная ленца заставили его насторожиться. Почувствовав неясную угрозу, он сунул руки в карманы, проверяя на месте ли «выкидуха».
— Вали отсюда, пока цел! — разразившись серией матюгов, добавил он в завершение.
— Фу, как грубо! Думаю, для театра слишком много вульгаризмов с непереводимой игрой слов. Всегда так бывает, когда на сцене поганые актёры, — пропела Мари, выступая из-за спины юноши, и капризно добавила: — Ладожский, что за дела? Хватит размусоливать, ближе к делу!
— Машка, не мешай общаться с народными массами.
— Нафиг они сдались?
— Не торопись. Согласно охотничьему кодексу мы обязаны соблюдать формальности…
— Ибрагим, ты только глянь, какие цыпочки к нам пожаловали! — «созрел» клиент, очевидно, хороший знакомый приснопамятного товарища с гор. — Ну…, высший сорт! — и его рожа растянулась в довольной ухмылке.
— Ну, надо же! Беккер, кажется, мы идем высшим сортом! Ты польщена? — засмеялась Мари, глянув на молчащую подругу. Та брезгливо поморщилась.
— О чём ты говоришь? Будь моя воля, в жизни не подошла бы к таким подонкам…
— Вай, такая красивая девочка! Зачем ругаться? Обе идите ко мне работать. Не обижу, да! — слащаво заулыбался Ибрагим при виде девушек. Его глаза загорелись.
Проститутка, испугавшись, что у неё появились конкурентки, злобно окрысилась.
— Пошли вон, шалавы! Здесь я работаю!
С визгливыми ругательствами она бросилась к Мари, но отброшенная молниеносным движением Ивана, отлетела в сторону.
— Ибрагимчик, прогони этих сучек, ты же здесь хозяин! — заискивающе залепетала проститутка.
— Заткнись, б…, из-за тебя все! — отмахнулся «Ибрагимчик». Оценивающе оглядывая девушек, он старался не выпускать из поля зрения их спутника. Внутреннее чувство кричало об опасности, и сутенёр не решался напасть первым.
— Что ты дрейфишь, брат? Всего-то дел, отрезать козлу яйца и девочки наши. На них же озолотиться можно, люди в очередь встанут! — процедил «клиент», довольно усмехаясь. Мощный качок с рельефно выпирающими мышцами свято верил в собственную силу, не слушая предостережений интуиции. Он ни во что не ставил юношу хоть и гибкого, но худощавого телосложения.
Испуганная проститутка почти протрезвела.
— Эй, Пойдём, парниша, обслужу по первому классу! В накладе не останешься… — сказала она хриплым голосом, хватая клиента за руку.
— Да, пошла ты…! Кому ты нужна, коза затрепанная! — не спуская с девушек жадного взгляда, тот с силой пихнул проститутку и она, ругаясь, снова растянулась на земле.
— Не знаю, как вы, а лично меня уже достали грязные речи. Уши вянут от матюгов, — деловито сказала Мари. — Значит, первым делом перекроем их поганый поток.
Прищурив отливающие фиолетовым глаза, она молниеносно бросилась вперёд и неуловимым человеческому глазу движением ткнула всех троих в районе горла.
— Порядок!
— Какая многозначительная пауза на сцене бытия! Как много в ней трагичности и смысла! — усмехнулся Иван пока работники сферы обслуживания и их несостоявшаяся клиентура с натугой хватали ртом воздух не в силах издать хоть какой-то звук.
— Дичь под контролем, пора вести их на оперативный простор, — подытожил он и вопросительно посмотрел на приятельницу. — Машка, что у нас с лицензиями?
— Есть две с разрешением на убийство.
— Женщине повезло, — в голосе юноши прозвучало сожаление.
Через ментал он отключил ненужную дичь. Проститутка тут же свалилась рядом с мальчиком. Для него ничего не изменилось. Потеряв сознание, он по-прежнему лежал на земле.
— Мы куда? — возбуждённо спросила Мари.
— Нет смысла тащить их далеко. Неподалёку есть большой и запущенный парк. Думаю, нам никто не помешает. Чур, ментал не использовать!
— Ага, и боевые навыки по минимуму, а то неинтересно!
— Вперед! — скомандовал Иван и дал дичи понуждающий ментальный импульс.
Лица подонков исказились в безуспешной попытке вырваться из невидимых пут, но все усилия оказались тщетными. Подгоняемые ментальными бичами, они послушной рысцой двинулись к парку.