Жук улетел. А вот палка... Та на землю не упала. Осмотрелась лягушка. Батюшки. Всплеснула лапами. Повисла палка на зелёной лапе ели и качается. А прямо под ней на земле – гнездо, где филинята, Сонины друзья, ещё спят.
Для лягушки – высоковато, для филинов – низко: прямо над их головами. Конечно, даже если палка упадёт им на голову, для таких больших птиц – это не опасно. Но тем обидно станет: начнут виноватого искать. Далеко и ходить не надо: вот она Соня, рядышком. А как рассердятся? Дружить с ней перестанут? Лягушка этого не переживёт.
Подул сильный ветер. Палка, как качели, клонилась то в одну сторону, то в другую, но не падала. Соня схватилась лапами за голову и следом за палкой склонялась из одной стороны в другую. Обрадовалась, что палка задержалась множеством колючих иголок на ветке. Вздохнула...
Села невдалеке и стала раздумывать, что делать?
«Извиниться перед филинятами? А за что? Ведь пока их ничего не стукнуло по макушке – она ни в чём не виновата» – прямо засветилась Соня от счастья при такой неожиданной мысли. Но тут её осенила другая истина: «Как только палка упадёт филинятам на голову, лягушка станет очень даже виновата». Соня зажмурилась и даже лапами глаза закрыла. Что делать?
А ветер то налетал, то успокаивался – словно играл. Тем временем филинята проснулись. Гушик пригласил голосом громким Соню послушать сказку, что папа–филин им каждый вечер рассказывал. Были они вечерами поучительными, а под утро он им колыбельные сказки дарил. Лягушка любила их слушать.
Соня была в нерешительности: пару прыжков вперёд прыгнет, а как ветер сильнее подует – опрометью назад возвратится.
Всё время раздумывала: «Скажу Гушику, что палка над гнездом зависла. Он взлетит, смахнёт крылом палку на землю. Никто не пострадает», – она даже запрыгала от радости.
Потом вздохнула: «Начнут ругать, что я вздорная: палка могла ударить пролетающую мимо птицу».
Тут ей в голову пришла удивительная мысль: «Если бы на меня это упало – было бы больно. А филинята, может, и не почувствуют? А палка может упасть и ночью, когда в гнезде никого не будет. Лучше я промолчу. Подожду, чем дело закончится».
Соня припрыгала к друзьям и завела странные разговоры:
– Гушик, что бы ты сказал, если бы над тобой слон пролетал? Ты сильно обиделся бы?
– Откуда в нашем лесу слонам взяться? А летать – как он сможет? Слонам тогда огромные крылья нужны. Хотел бы я рядом с ними полетать – это же чудо какое.
– А если он тебе привет нёс, а тот вдруг тебе на голову свалился и стукнул? Ты сильно обиделся бы?
– Так это же смотря какой привет. Слоновий привет мог бы меня и совсем прихлопнуть. Тут уже не до обид было бы. Спасаться пришлось бы.
Лягушка подумала, что по сравнению со слоновьим приветом, палка на лапе ели – совсем не страшна. И стала вместе с друзьями слушать сказку филина.
Только прослушала, ничего не поняла. Потому что краем глаза за палкой присматривала. И всё время в голове крутилось: «Пока палка не упала – я не виновата. А когда упадёт – ох, как виновата буду. Как меня накажут? Или простят?».
Тяжело ждать наказания. Но тяжелее ждать время появления вины.
И в этот миг Соня увидела, как падает палка прямо на крыло филинёнка. Лягушка замерла, закрыла глаза от страха, а когда раскрыла – прутик скатывался с крыла Гушика.
– Соня, что ты меня разглядываешь? – поинтересовался филинёнок.
– Ты такой сильный, Гушик! – восхищенно квакнула лягушка.
Соня дала себе обещание: всегда рассказывать о своих страхах другу: когда она рядом с ним – все страхи сбегают.
Парус мечты
В лесу под густыми ветвями елей кое-где ещё прятался снег. А на озере солнечные лучи под каждый куст уже забежали – разбудили весну.
Медведь ещё спал в берлоге. А лягушка Соня уже хлопотала по хозяйству. Птицы по утрам прилетали к озеру, чтобы услышать от неё новую сказку. Но Соне не сочинялось. Она даже квакать перестала.
Лягушка с грустью вспоминала, как было раньше: на закате белое облако-парус пролетало над озером и скрывалось за деревьями. Пока парус скользил по небу, к Соне прилетали фантазии. И всю ночь лягушке снились сны, где она барахталась в море, или сплавлялась по бурному ручью, а иногда даже летала. Утром она рассказывала о своих путешествиях. Все называли это сказками.