- Твинни, ты уверен? - в очередной раз пискнула Кил, вцепившаяся ему в рукав.
- Я не уверен, я оверлункс, - не менее традиционно заржал тот, и погладил жену по ушкам, - Доверие, Кил, ага?
- Ага, - кисло кивнула Кил.
Поскольку шедшие рядом оверлунксы удивлённо покосились на них, Твин сказал кошке в ухо
- Тобишь, потихоньку отходите вон туда, к военным поближе. Ибо бережёного Политбюро бережёт.
- Чё, пап? - навостил уши Жап.
- Я грю, когда я полезу на броневик толкать речь, - тихо пояснил сыну оверлункс, хихикая, - Отойдите подальше, в безопасное место. Я собираюсь кой-чего отмочить.
- Со станнером? - заржал младший.
- Нет, покруче. Думаю, тебе точно понравится, - хмыкнул Твин, ткнув его пальцем в бок, - Так, уши!
Основной митинг в Ист-Лунксе проходил на площади перед городком оборонщиков - площадь здоровенная, как раз между куполом и приземистым круглым зданием диаметром метров пятьсот, на монолитных стенах коего имелось крайне мало окон. Мало кто их местных знал, что это вовсе не та "банка", которая была военной базой во время войны - та стояла за тридцать километров и потом её разобрали по камешку из-за радиационного заражения. Впрочем, для происходящего это ничуть не важно, та банка, или другая. Главное, ленивые жёлтые кошаки приходили сюда семьями, выказать респект и уважуху и всё такое. Над головами с тяжёлым гулом пролетали М-29, оставляя яркие инверсионные следы и принося потеху мелким, которые никогда не видели ещё ничего подобного.
Впрочем, Чернокотов не был бы собой, если бы не успел разок дать в морду, пока шёл через площадь. Пара обвешаных побрякушками молодых минус-оверлунксов, обкурившихся кизила, приставали к самкам, появившаяся дружинница начала их отчитывать, как в детском саду, последовала фраза "а чё ты мне сделаешь, эхэ, эхэ"... Не, Твин не находился в состоянии аффекта, ни на рысинку, он вполне трезво всё взвесил. Даже поставил себя на место этого панка - мог он так себя вести в таком возрасте? Да почему бы и нет, дело житейское. Но любое дело надо доводить до конца.
- Эй, сынок, - ласково похлопал он по плечу хулигана.
"Сынок" был на голову выше его, с кучей серёг в ушах, так что трудно было удержаться от смеха.
- Те чё, папаша?
- Вы уверены, что у вас крепкие зубы? - сказал Твин фразу из рекламного ролика зубной пасты.
- Да!
- На!
- Ой убил... - только и хрюкнул панк, получив кулаком в нос и заваливаясь на бетонные плиты площади.
Набежавшие дружинники только моргали глазами. В какое другое время Твин бы долго ворчал, что мол никто не шевелится, одному ему разгребать УГ по всей планете, но сейчас ему было дорыся. Оверлункс не снимал с морды лыбу, потому как уже сделал основное, которое случится в любом случае, с ним или без него. Впрочем, если с ним - можно будет выжать ещё и отличный театральный эффект, смеха ради. А так как Твин уважал бугогашечки, то не собирался в этом отказывать себе и всем настоящим оверлунксам, которые поймут соль. И вот теперь он добрался до трибуны, сделаной на крыше основного входа городка-банки. За трибуной висел огромный экран, показывавший всякое подобающее случаю - тоже пригодится, усмехнулся Чернокотов. Особенно в других городах Истриса, где сейчас тоже проходят похожие митинги - всё-таки скучиваться в одном месте населению целой планеты это слишком.
Поначалу с трибуны толкнул речь председатель планетсовета Ревс Кумарин, как он это и делал каждый год. Твин посмеивался, потому как некоторая прострация, в которой явно находился председатель, была ему вполне понятна - Ревс конечно знал о предстоящей операции. Все остальные хихикали, думая, что чувак накануне выпил или курнул лишнего.
- А сейчас... - Ревс скосил взгляд на часы, - Сейчас слово предоставляется нашему главному специалисту по отражению инопланетных вторжений... а также виртуозу во владении отвёрткой...
Площадь, на которой собрался чуть не миллион оверлунксов, разом заржала. А парень подаёт надежды, подумал Твин, поднимаясь на высоченную трибуну. Высовываться на столь открытое место было бы невыносимо неприятно, но сейчас цель оправдывала средства с лихвой. Не мотнув и ухом, желтошёрстый подошёл и пожал лапы Ревсу и Хлему, комиссару по обороне.