Оверлункс почесал подбородок, рыгнул, и отхлебнул ещё тоад-колы. Он открыл карту галактики и выяснил, что Редли - интернациональная система Союза, в паре суток пути от жабьего Инцидиуса. Стало быть, никакой проблемы долететь туда, волоча попутную почту, и выяснить, что там затевают жабократы. Твин скосился в сторону, где на диване перед телевизором растеклась Кил - нееет... Меньше знаешь, крепче спишь, вот это - да. Хихикнув по этому поводу, он набрал ответную телеграмму в том ключе, что будет на Редли в такие-то сроки, а там можно будет посмотреть, что к чему. Правда, оверлункс минуты две заставлял себя нажать "отправить", ибо межзвёздная телеграмма стоила денег, а если разобраться, то надо ли вообще сообщать о своём прилёте? Грызун вот не стал посылать ему материалы по операции, потому как это лишних столько-то копеек. Уверившись в верности решения, Твин удалил оба сообщения, повернулся к окну, в которое фигачило вечернее солнце, отражённое от соседнего дома, и снова приложился к банке.
С Зиктрисом он встретился, когда испытывали подпространственный корабль, и ясное дело, много раз чуть не прекратили существовать. В немалой степени благодаря стараниям рыжего грызуна это "чуть" не стало свершившимся фактом, поэтому Твин считал, что эта пропушёнка неплохо варит головой, местами просто отлично. Правда, у Зиктриса присутствовал пух... тоесть, дух авантюризьма, переходящий иногда за грань разумного, и идея собирать вторсырьё на планете соедкапиталов - это именно из этой оперы. Оверлункс не исключал, что именно грызь всё это и придумал, а не сознаётся просто из осторожности, как бы не получить отвёртку в огузок, образно говоря. Вторсырьё, раздумывал желтошёрстый, глядя на блики на стёклах и листве, это какое должно быть вторсырьё, чтобы его было выгодно вывозить на межзвёздьё? Впрочем, есть примеры, так что, ничего необычного. С другой стороны, должна быть веская причина, чтобы лезть в соедкапиталы, и пока что она неизвестна, ибо за обычным мусором даже ОЖиР, Организация Жадности и Рацухи, туда не полезет. Ладно, кивнул себе Твин, тяга должна прилагаться к кошачьему хвосту по мере его поступления, как известно, так что сначала надо ещё добраться до Инцидиуса.
Следуя правилу о том, что благое дело следует разбавлять не менее благим бездельем, Твин намылился на пруды, якобы ловить рыбу. На самом деле, рыба из прудов его ну никак не интересовала, как впрочем и большинство тех, кто там тусовался на выходных. Просто оверлунксы забивались в густой тростник и чувствовали себя дофига дикими котами, хотя от этих мест максимум километр до остановки аэробуса. Кроме того, как и в случае с рынком, работала сама атмосфера, когда граждане набивались в транспорт с удочками и рюкзаками, и ржали, как кони. Аэробус маршрута № 159 вылетал из Ист-Лункса в юго-восточном направлении, и за пол-часа на нём немудрено добраться до этих самых прудов, оставшихся после обработки территории в начале колонизации. Круглобокая жёлтая машина с белыми "щеками" на морде, весело блестя на солнце стёклами и издавая булькающие звуки, подкатывалась к остановке на колёсах, а на марше поднималась над дорогой и фигачила по воздуху, потому как быстрее и трясёт меньше.
Чаще всего компанию Твину составлял Жап, потому как ему было весьма любезно сныкаться в "дичь", а вот Инлу и Кил шиш уговоришь. Кроме того, и об этом оверлунксы помалкивали дома, во время этих походов они частенько заходили на помойки, позырить, нет ли чего, что пригодится. Последний раз, например, понабрали штук триста маленьких пластиковых бутылок, из которых нарезали стаканчики, и теперь в них росли растения кизила. Это изумительно грело Жабу, и она уже не душила, а ради этого стоит постараться. Не грело только то, что Твин был вынужден создать ложь и сказать, что купил стаканчики в столовке, иначе Кил расквохталась бы, что твоя курица. Ладно, подумал оверлункс, косясь на сына, по крайней мере, одно животное его понимает, а это уже достижение.