Ее глаза сужаются... а потом она ухмыляется.
Ухмыляется.
Она приподнимается на локтях и медленно качает головой:
— Только спортивный топ.
Я кривлюсь. И, вероятно, буду жалеть об этом, но ничего не могу с собой поделать: опускаю ее ноги и беру за запястья, подтягивая в сидячее положение. От нее приятно пахнет. Цветами.
Я прикусываю внутреннюю сторону щеки и стягиваю с себя футболку.
— Эй, что...
Я бросаю футболку ей на колени.
Глаза Брайар расширяются. Прохладный воздух покалывает мою кожу, которая внезапно стала горячей. Но я игнорирую это, когда она сжимает ткань в руке.
— Я тебя не клею, — говорю я. — И делаю это не ради того, чтобы увидеть твои сиськи.
Прежде чем она успевает выразить протест, я хватаюсь за край майки и дергаю ее вверх. Ее руки рефлекторно взлетают, и я стягиваю оскорбительную вещь.
Она потрясено смотрит на меня, а я улыбаюсь.
— Верни! — требует она.
— Нет.
— Торн...
— Надевай футболку, Брайар, — киваю на свою одежду.
Хотя, если честно, грудь у нее чертовски идеальная. Спортивный топ… больше похоже на кружевную ловушку, специально созданную, чтобы заманивать парней в постель. Вырез убийственный, а голубая ткань почти не скрывает соски.
Она отползает от меня и натягивает футболку через голову. Ее пучок рассыпается, волосы падают на лицо. Но как только тонкая белая хлопковая ткань с надписью Университет Шэдоу Вэлли на груди скрывает ее тело, я облегченно выдыхаю.
— Это было так сложно? — требовательно спрашиваю я.
— Ты...
— Я думал, у тебя есть командный дух, — продолжаю. — Слышал, ты играла в хоккей...
Выражение ее лица становится вызывающе-дерзким.
— Интересовался мной, Торн?
— Ты интригующая. — Я качаю головой и поднимаюсь. — И…
Она тоже встает. Я сдерживаю порыв прикоснуться к ней снова. Моя кожа не покрылась мурашками, и я не хочу сглазить. А вдруг это просто случайность? Обычно от чужих прикосновений у меня возникает ощущение, будто по спине ползут пауки.
Но только не с ней.
Или я заблуждаюсь.
Хотя я уже сказал инвестору отца, что состою в серьезных отношениях... Должен же быть способ привлечь ее. Что-то, что ей нужно?
— Что ты вообще здесь делала? — спрашиваю я.
Она хмурится. Похоже, это её стандартное выражение.
— Ничего.
— «Ничего», — скептически повторяю я. — Не надо лгать, Брайар.
Она обхватывает себя руками за талию, но не тянется к майке, которую я откинул в сторону. Не пытается собрать волосы обратно в безупречный пучок или как-то ещё причесаться. Она даже не смутилась, что я увидел её без футболки...
Кто эта девушка?
— Ты слышал, что я была в хоккейной команде, — тихо говорит она, — но знаешь ли ты, почему я больше не играю?
Я наклоняю голову. Не знаю. Но, судя по всему, об этом знают почти все в кампусе. Неужели я живу под камнем?
Хотя… я действительно был немного занят. Вся моя жизнь крутится вокруг футбола и уклонения от свиданий, которые устраивают родители.
— Расскажи, — говорю я.
Ее взгляд скользит мимо меня — к выходу, потом обратно. Я стою между ней и ее единственным путем к отступлению. Я не хочу казаться угрожающим, но мне нужны ответы. Я отступаю чуть в сторону, давая ей лучше видеть дверь, и скрещиваю руки.
Она вздыхает.
— Ладно. Я работала кое-где над заказным муралом, там случился пожар, и я не смогла выбраться через первый этаж. Единственным способом выжить было… — ее голос дрожит, — …выпрыгнуть из окна второго этажа. Я повредила колено так сильно, что это похоронило мою хоккейную карьеру.
Я зажмуриваюсь, представляя картину, которую она описала. Огонь, дым. Страх. Падение.
Боль.
Я много знаю о боли. Особенно о боли в колени.
Теперь ее реакция на мою шутку про «загоревшуюся» руку имеет смысл. Я мудак.
— Ты была здесь, чтобы воспользоваться тренажерами?
Она быстро кивает.
— Ты можешь навредить себе, если сделаешь что-то неправильно, — я хмурюсь. — Я…
Мне просто нужно сказать это.
— Я могу помочь, если хочешь. Я сам прошел через травму колена, так что знаю, что делать. — Я прочищаю горло. — Это лучше, чем мучиться здесь в одиночку, особенно если ты склонна к обморокам.
— Я не склонна, — ее щеки вспыхивают. — Я никогда не падала в обморок.
— Ну да.
— В чем подвох? — она делает шаг ближе. — Ты не можешь называть меня фанаткой и сталкершей, а потом вдруг…
— Прости, — выпаливаю я.
Ее брови взлетают вверх.
— Я сделал поспешный вывод, основываясь на прошлом опыте. Знаешь, что говорят про предположения10…