Хотя отказ и не был открытым, все равно он больно ранит.
11. БРАЙАР
Я сминаю лист бумаги в комок и бросаю его к ногам. Хоккейная клюшка кажется чужой в руках. Прошло столько времени с тех пор, как я в последний раз выходила на лед.
Это даже близко не похоже на настоящую игру, но всё равно приятно. Я замахиваюсь и отправляю бумажный шарик точно в урну.
Лидия хлопает.
— Круто.
Я улыбаюсь.
— Что это на тебя нашло?.. Такая бодрая сегодня. Это после футбольного матча? Он пробудил в тебе командный дух?
Я смеюсь, но с сарказмом, прислоняю клюшку к стене и падаю на диван. Блокнот зажат в руке так крепко, будто под замком. Лидия и так считает, что я немного не в себе. Если она узнает, что я составляю список за и против фальшивых отношений с квотербеком Шэдоу Вэлли, точно решит, что я спятила.
Может, так и есть.
Мои последние отношения закончились вскоре после пожара, и разрыв был жестоким. Я поклялась, что до конца жизни не свяжусь ни с одним футболистом, и вот теперь…
В голове всплывает лицо Торна.
Резкие скулы, золотистые вкрапления в глазах. Они теплые и какие-то… успокаивающие?
Когда я пришла в себя в раздевалке и увидела его, паника мгновенно утихла.
Обычно я не падаю в обморок, но и то ощущение, которое он тогда вызвал у меня, тоже было странным. Мне почему-то комфортно с ним.
Не настолько, конечно, чтобы признаться, что я была в тренажерном зале, чтобы шпионить за его командой. Но достаточно, чтобы всерьез задуматься о фальшивых отношениях с ним.
Просто задуматься.
Только и всего.
— Это твоя футболка?
Я опускаю взгляд на футболку Торна, и сердце начинает биться чуть быстрее. Пальцы еще сильнее сжимают блокнот.
— Ты знала, что к мужской раздевалке примыкает тренажерный зал с новейшим оборудованием?
Лидия хмыкает.
— Нет, но я не удивлена. Парни — любимчики.
Я выпрямляюсь на диване.
— Я хочу тренироваться.
Лидия настороженно смотрит на меня — и благослови ее Господь за то, что она смотрит мне в лицо, а не опускает взгляд на мою неполноценную ногу.
— Тренироваться?
Отличная репетиция перед разговором с родителями, которые уверены, что я бросила хоккей. Я киваю соседке. Выражение ее лица остается нейтральным, но в голубых глазах я узнаю жалость.
— Что ты имеешь в виду?
Сердце начинает бешено колотиться.
— Я хочу укрепить ногу. И снова играть в хоккей.
— Но…
Я перебиваю ее.
— Я знаю, что сказали врачи. — И знаю, что подумают все, если скажу, что тренируюсь, чтобы вернуться на лед. — Но если делать всё правильно, у меня получится.
Лидия расхаживает по гостиной. На её лице то самое выражение, которое бывает, когда она учится.
— И как ты это провернешь? Я думала, твои родители свернули реабилитацию?
Так и есть.
Они перестали платить за нее, потому что терапевт сказал, что хромота, скорее всего, останется навсегда, а о хоккее можно забыть. Даже с моими жалкими заработками от заказных картин я не могу позволить себе частные занятия, так что уже несколько месяцев не хожу на физиотерапию. Домашних упражнений недостаточно. Мне нужно больше.
И дело не только в том, чтобы снова играть в хоккей. Страх, который прячется где-то на задворках моего сознания, становится гораздо сильнее, когда тело больше не двигается так быстро, как раньше. Что, если я снова окажусь в ловушке и не смогу быстро передвигаться? Или, что хуже, если тот, кто устроил поджог, узнает, что я пытаюсь докопаться до правды, и решит закончить начатое? Как я тогда смогу защититься или сбежать?
— Я воспользуюсь тренажерами в мужском спортзале, — говорю я.
Лидия замирает, упирая руки в бедра.
— Что? Как?
Я пожимаю плечами.
— У меня есть доступ к нему.
Она поджимает губы.
— Доступ?
Я успеваю только кивнуть, как она ахает:
— О боже. Только не говори, что ты снова сошлась с Беном.
Выражение полного отвращения на моем лице заставляет ее расслабиться.
— Скорее ад замерзнет, чем я вернусь к нему.
Лидия опускается на диван рядом со мной и прижимает руку к груди.
— Ох, слава Богу. К тому же, я слышала, что он переспал уже с половиной волейбольной команды.
Я закатываю глаза. Еще месяц назад такие слова меня бы задели, но теперь у меня куда более важные заботы.
Например, фальшивые отношения с капитаном футбольной команды. Или секретные тренировки, чтобы восстановить ногу без лишних глаз и нравоучений. Ну и самое приятное: теперь у меня будет доступ к инсайдерской информации о футболистах.