Но румянец выдает ее с головой.
— Да, думала. Брайар Харт, сама спортсменка, думала, что... Даже не знаю. Что у меня в голове гуляет лишь лягушонок Кермит, который безостановочно скандирует «Фут-бол! Фут-бол!»? — Я откидываюсь на спинку стула и указываю на нее. — Признайся, Харт.
Она закатывает глаза.
— Честно? Скорее Ходор, чем Кермит.
— Ходор. — Я скрещиваю руки. — Из «Игры престолов»?
Она поднимает подбородок.
Какого черта это меня возбуждает?
— Если в моей голове только футбол, то что в твоей?
Она замирает. Ее взгляд скользит по залу. Когда она снова смотрит на меня, то прочищает горло.
Ее что-то напугало?
— Хочешь знать, что все время шумит у меня в голове? — Ее голос понижается до почти шепота. — Огонь.
Прежде чем я успеваю ответить, она собирает свои вещи и отходит от стола.
13. БРАЙАР
Рано или поздно мне придется дать ему ответ.
Я просто тяну время. Торн заставляет меня нервничать, но не так, как остальная футбольная команда. В нем есть что-то подлинное, даже когда он на поле с этим сосредоточенным, жестким взглядом.
У него добрая улыбка. Было бы неплохо сблизиться с ним — так я смогу наблюдать за некоторыми футболистами, не прячась за трибунами и не отсиживаясь в тренажерном зале.
Мы все помним, чем это закончилось в прошлый раз.
Я была так близка к тому, чтобы сказать ему «да» тогда в библиотеке. Уже почти решилась. Мой список «за» и «против» разросся до невероятных размеров после того, как Марли появилась у нас в квартире. Она и Лидия составили свой перечень, который совпал с моим один в один, за исключением пунктов, связанных с поиском моего поджигателя.
Но тот разговор в библиотеке откатил всё назад.
Холод пробежал по спине в ту же секунду, как я посмотрела поверх мило взъерошенных волос Торна. Время словно остановилось, и меня охватила паника. Достаточно было мельком взглянуть на студента в задней части библиотеки в темной толстовке, и я сорвалась.
Вполне возможно, он больше и не хочет, чтобы я притворялась его девушкой.
— Пошли, — Лидия щелкает пальцами. Я приоткрываю один глаз и вижу, как она возвышается надо мной. Я приподнимаю бровь, и соседка тут же начинает объяснять:
— У нас планы. — Она не дает мне возразить, просто продолжает говорить, собирая свою сумку и наши телефоны. — У футболистов тренировка. Марли ждет нас там.
Я резко подскакиваю.
— Ни за что.
Лидия игнорирует мой протест. Раздается дребезжание таблеток, и, словно по волшебству, на ее ладони появляется обезболивающее, а в другой руке — бутылка воды. Она протягивает мне и то, и другое.
— Тебе нужно, чтобы я принесла список «за» и «против» с холодильника?
Я фыркаю.
Лидия всерьез наклеила чертов список на холодильник, когда узнала, что я на днях сбежала из библиотеки. Она не знает, почему я струсила, но это не имеет значения.
Я тихо рычу себе под нос.
Во мне еще осталась крошечная доля страха, которая мешает выяснить, кто запер меня в том здании, или хотя бы стать сильнее на случай, если я так его и не найду.
Не говоря ни слова, я забираю у Лидии таблетку и глотаю ее.
Затем с трудом опускаю ноющие ноги с дивана и вздыхаю, видя ее довольное лицо.
— Ладно, — говорю ей. — Но мы не будем сидеть рядом с фанатками.
Они ходят на каждую тренировку, и я отказываюсь, чтобы меня к ним причисляли.
Лидия смеется.
— Не хочешь, чтобы тебя называли фанаткой, но при этом скоро будешь встречаться с квотербеком.
Ее смех не стихает, даже когда мы выходим за дверь.
Холодный воздух и жесткие трибуны — идеальный рецепт для адской боли. Даже после таблетки мне все еще некомфортно. Но я отказываюсь стоять рядом с девушками, которые визжат от восторга каждый раз, когда Торн хотя бы моргнет. Так что приходится терпеть неудобные скамейки.
— Надеюсь, он не ждет, что я буду вести себя, как они, — шепчу я.
Марли прячет смех за стаканчиком горячего кофе.
Лидия наклоняется ближе:
— Он, скорее всего, захочет, чтобы ты надела его майку.
Марли бросает на нас взгляд.
— Да ладно, помнишь, как Бен пытался заставить ее надеть свою майку, и они устроили жуткий скандал?
Я пожимаю плечами.
— Зато я сыграла лучший матч в своей жизни после той ссоры.
Мои эмоции — мое топливо, а в тот вечер я была в ярости.
Лидия толкает меня плечом.
— Но у вас же сделка. Тебе придется играть свою роль, если хочешь вернуться в команду.
Нервы сжимают живот, когда я краем глаза смотрю на поле. Торн, тренирующийся в футболке с коротким рукавом, несмотря на холод, отступает назад и бросает идеальную спираль одному из раннинбеков12.