Я киваю.
— А твой отец...
— Архитектор?
Уголок его губ дергается.
— Близко, пожалуй. Но пусть лучше проектирует медицинские центры. Не хочу, чтобы у моего отца вдруг возникла идея связаться с твоим насчет постройки очередного небоскреба для его бизнеса.
— Поняла.
Я расставляю руки, демонстрируя новый наряд.
— Ну как? Мне еще понадобятся колготки, но это достаточно дорого для твоих родителей?
Я мысленно прикидываю стоимость, и тот факт, что он собирается потратить почти пятьсот долларов на пару вещей, просто не укладывается у меня в голове.
Торн медленно скользит взглядом по моей фигуре, затем пальцем указывает мне покрутиться. Я делаю вид, что мне все равно, и поворачиваюсь.
Когда он откашливается, я ловлю его взгляд в зеркале.
Меня накрывает волной желания. Торн смотрит на мою задницу, сжимая челюсть.
— Нравится то, что ты видишь? — поддразниваю я.
Он дергается и переводит взгляд на мои глаза. В них то же выражение, что и вчера утром, когда он задрал мою футболку и уставился на грудь. Голод.
— Нам нужна обувь, — рычит он, резко встает и выходит из примерочной.
Я быстро переодеваюсь и вешаю вещи обратно. Вскоре нахожу его у обувного отдела — он задумчиво трет подбородок, разглядывая полку с ботинками.
— Мне нравятся эти, — я подхожу ближе и указываю на блестящие Dr. Martens, которые буквально взывают ко мне.
На его лице мелькает удивление:
— Да?
Я радостно киваю, как ребенок в кондитерской.
Или, скорее, как девушка в дорогом магазине с чужой кредиткой.
Торн подзывает продавщицу, что-то говорит ей, и уже через минуту та несет коробку с тридцать восьмым размером.
Он благодарит ее и забирает коробку, после чего говорит мне:
— Садись.
Я опускаюсь на скамейку, а Торн присаживается передо мной на корточки.
— Как ты узнал, какой размер мне нужен? — спрашиваю я с любопытством.
Сняв мои кеды, он поднимает на меня теплые глаза:
— Я наблюдательный, котенок.
Черт возьми.
Теперь язык проглотила я.
Я не произношу ни слова, пока он натягивает ботинки на мои ноги и затягивает шнурки.
Закончив, он берет мою руку и помогает подняться. Я пошатываюсь — колено ноет — но быстро ловлю равновесие.
— Болит? — В его голосе проскальзывает беспокойство.
Я отмахиваюсь:
— Все нормально.
— Позже подготовлю для тебя ледяную ванну.
Я морщусь.
— Ненавижу ледяные ванны.
Он наклоняется и шепчет мне на ухо:
— И заставлю оставаться там дольше за то, что соврала мне и сказала, что все нормально.
Я пытаюсь наступить ему на ногу новым ботинком, но Торн в последний момент уворачивается.
Он смеется над моим выражением лица:
— Я знаю тебя лучше, чем ты думаешь.
— Да ну, — я закатываю глаза и отворачиваюсь, но он тут же разворачивает меня обратно.
Лоб Торна нахмурен, челюсть напряжена.
— Что случилось? — я с любопытством оглядываю магазин.
Теплое дыхание Торна касается моего лица, когда он тяжело вздыхает:
— Клиент моего отца.
— Ладно…
И?
Он сглатывает, и я замечаю, как напряглись мышцы его шеи:
— Тот самый, чью дочь я якобы опозорил, заявив, что состою в серьезных отношениях с другой.
Ах, теперь понятно.
Я хватаюсь за запястья Торна. Его пальцы в ответ сжимают мои бедра.
— И «другая» это я, полагаю?
Он кивает и выпрямляется. Его спина напряжена, каждая мышца скована стрессом.
Я мягко улыбаюсь и пытаюсь его успокоить:
— Не переживай. Просто подыграй мне. Считай это практикой.
На его лице застывает недоумение, но когда я придвигаюсь ближе, беспокойство сходит с его лица.
Я хлопаю ресницами:
— Поцелуй меня.
Он даже не моргает, прежде чем его губы накрывают мои. Я закрываю глаза и в кои-то веки позволяю себе просто чувствовать. Мы не торопимся. Наш поцелуй медленный, томный, и со стороны наверняка кажется настоящим, потому что он действительно ощущается таким. Его язык нежно скользит по моему, посылая волны тепла в грудь, и я отвечаю ему взаимностью.
Мы теряемся в нашей игре.
Только кашель за спиной заставляет нас разомкнуть губы.
Наши взгляды встречаются, а грудь тяжело вздымается.
Это было... интенсивно.
— Добрый день, Кассиус.
Я отступаю от Торна, но он тут же притягивает меня ближе. Наши руки сцепляются у его бедра. Мужчина, ответственный за наши фиктивные отношения, стоит перед нами в дорогом костюме и выжидательно смотрит.
— Мистер Кинланд, — Торн вежливо кивает. — Рад видеть Вас снова.