Я сжимаю руку Торна, потому что его голос звучит резко. Он сжимает мою руку в ответ а затем успокаивающе проводит большим пальцем по моей коже.
Это кажется таким естественным, даже если всего лишь игра.
— Да, — произносит мистер Кинланд. Его взгляд останавливается на мне. — А это кто?
— Моя девушка, Брайар, — Торн улыбается. — Та самая, о которой я Вам рассказывал.
— Приятно познакомиться, — грубовато говорит он мне.
Торн спрашивает о каком-то деловом проекте, которым руководит его отец, и это уводит разговор от меня.
Спустя, казалось бы, целую вечность, они расстаются. Мужчина даже не попытался узнать обо мне больше, но я считаю, что это тоже часть практики.
В конце концов, я могу только предположить, что родители Торна будут такими же. Не имеет значения, сочиним ли мы историю о том, что я богатая наследница без реальных амбиций, вроде возвращения в хоккей или карьеры в искусстве.
— Думаю, нам нужно больше практики, — наконец говорит Торн, когда мы снова остаемся одни.
Я смотрю на него с подозрением.
Он снова выглядит спокойным и расслабленным.
— Неужели? — протягиваю я, размыкая наши сцепленные руки. Затем упираю кулаки в бедра и приподнимаю бровь. — Думаю, ты просто хочешь меня поцеловать.
Он устремляет взгляд на мои губы, и я чувствую, как мое лицо начинает гореть.
— Думаю, ты права, котенок.
24. ТОРН
— Все нормально, — говорю я Ризу. И себе. И Брайар, сидящей на моей кровати. — Все под контролем. Мы в порядке. Ты в порядке, я в порядке…
— Он паникует, — говорит Риз Брайар.
— Ага, — соглашается она.
— Я не паникую.
— Это прямо как в том матче, когда тренер велел тебе сделать длинный пас, хотя все наши принимающие были закрыты. Ты еще метался в кармане, уворачиваясь от защитников, прежде чем наконец бросить мяч. — Риз усмехается. — И чем это закончилось, напомнить?
— Меня тогда завалили, — хмурюсь я. — И у меня было сотрясение. Я выбыл на три недели. Спасибо, что напомнил.
— Зато твой идеальный спиральный пас попал прямо в руки… этого… как его там, — мой лучший друг ухмыляется. — Он занес тачдаун, и мы выиграли матч. Ну и что, что тебя чуток помяли?
— Я…
— Он, наверное, пытается сказать, что ты справился, хоть это и казалось невозможным, — перебивает Брайар. — Как и сейчас. Я твой, эм… принимающий. Просто брось мне мяч, малыш.
Я стону сквозь стиснутые зубы.
До начала игры остался час, потом мне предстоит выйти на поле, пока Брайар останется один на один с моими родителями... а потом предстоит ужин.
Короче, к черту мою жизнь.
И это не считая того, что я не могу выкинуть из головы воспоминания о том, как трахал ее. Каждый раз, когда закрываю глаза, я вижу ее лицо в момент оргазма. И каждый раз, когда облизываю губы, клянусь, чувствую ее вкус.
— Риз, убирайся.
Я смотрю на Брайар, которая сверлит взглядом моего лучшего друга, подняв руку и указывая пальцем на дверь.
Он моргает, затем медленно кивает. Закрывает за собой дверь, и мы остаемся одни.
— Мы уже сто раз всё обсудили, — говорит она, поднимаясь с кровати и приближаясь ко мне. — У нас всё под контролем. Я в пафосной одежде, которую мы купили, знаю, кем по легенде работают мои родители, и переживу встречу с твоими даже без тебя.
Ага, конечно.
— Вряд ли я их вообще увижу до конца игры, — говорит она. — Лидия и Марли будут сидеть со мной.
— Хорошо. Но если заметишь двух людей в дорогой одежде, которые выглядят так, будто им там не место…
— Я скажу: «Здравствуйте, мистер и миссис Торн», — заканчивает Брайар с лукавой улыбкой. Она заходит в ванную вместе со мной, упирается пальцем мне в грудь и медленно оттесняет назад. — А теперь, Кассиус Ремингтон Торн Третий... ты выглядишь немного напряженным. Думаю, я могу помочь.
Ее пальцы скользят вниз по моей футболке и цепляются за пояс брюк. Она вопросительно поднимает бровь, и я медленно киваю.
Это не было частью нашего плана.
Но, черт побери, я точно не собираюсь её останавливать.
Ловким движением она расстегивает мои брюки и стягивает их — вместе с боксерами — вниз по бедрам. Пока ткань опускается, она тоже оседает вниз.
— Твое колено…
— В порядке, — бормочет она. — Для этого? Оно в полном порядке, Кассиус.
Я открываю рот, чтобы возразить против того, как часто она использует мое имя, но в этот момент ее пальцы обхватывают член, который тут же дергается, и мой мозг отключается.
Пусть зовет меня как хочет.