— Доктор скоро зайдет.
Медсестра выходит, и я вздыхаю. Шесть дней — неудивительно, что Брайар так волновалась. Я пытаюсь отключиться, но в голове снова и снова прокручиваются моменты с Беном и Стивеном. Это чувство ужаса и уверенности, что я умру, до сих пор где-то внутри.
Однако следующий, кто появляется в дверях вовсе не доктор.
Это моя мать. За ней идет отец, но только на ее лице читается беспокойство. Она замирает на пороге, заметив Брайар в моей кровати, и морщит нос. Такое выражение лица она никогда не позволила бы себе на публике.
— Я думала, Синтия составит тебе компанию, — говорит она.
Синтия. Точно. Плачущая девушка.
— С чего бы?
Брайар вздрагивает от моего резкого тона, и я морщусь. Поглаживаю ее по руке, чтобы успокоить, а, заодно, и не дать отодвинуться от меня.
— Потому что она...
— Она не та, на ком я собираюсь жениться, мама. — Я смотрю на нее. — И она сказала медсестре, что мы помолвлены. Это неправда. Я встречаюсь с Брайар.
— Конечно, дорогой. — Она подходит и похлопывает меня по ноге через одеяло. — И ты играешь в футбол. Но ни то, ни другое не будет длиться вечно. Синтия из прекрасной семьи. Ты же знаешь. Она сказала, что вы хорошо сошлись на свидании, так что мы уже начали кое-какие приготовления.
Ужас вырывает воздух из моих легких.
С внезапной, жестокой ясностью я осознаю, что все, что я делал, чтобы угодить родителям, осталось незамеченным. Это не воспринималось как жертва — от меня этого просто ждали. Свидания, мое присоединение к семейному бизнесу...
Но теперь дело не только в свиданиях.
Они пытаются устроить мой брак.
Забудьте про знакомства с девушками, которых они подбирают. Они просто хотят выбрать одну и поставить меня у алтаря на свадьбе ее мечты. И это гнетущее чувство долга прожигает меня, как раскаленные угли.
Брайар шевелится и слегка приподнимается, касаясь пластыря на голове. Она переводит взгляд с меня на моих родителей, оценивая ситуацию, и пытается уйти.
— Останься, — говорю я ей. Затем снова обращаюсь к родителям. — Я не женюсь на Синтии. И больше не пойду ни на какие свидания. Я бы погиб в том здании, и единственная причина, по которой я всё еще здесь…
В горле першит.
Я знаю, что это благодаря Брайар. Я не помню, как выбрался, но отчетливо помню перекошенное страхом лицо Риза, его хриплый голос, когда он сказал, что не сможет вытащить меня и Бена через окно. Изнутри не было ничего, за что можно было бы ухватиться. Входная дверь не поддавалась.
Паника сжимает горло, в носу снова стоит запах гари.
— Кассиус, — шепчет Брайар. — Ты в порядке, малыш. Посмотри на меня.
Ее ладонь касается моей щеки, разворачивая мое лицо к ней. Наши взгляды сталкиваются, и она кладет мою руку себе на грудь.
— Дыши, как я.
Я повторяю за ней до тех пор, пока дыхание не перестает быть прерывистым.
Отец откашливается.
— Мы договорились о твоем переводе в частную больницу. Пока ты был на ИВЛ, это было невозможно.
В Шэдоу Вэлли нет частных больниц.
— Куда?
— Домой, конечно, — отвечает мама. Она обходит кровать и, встав напротив Брайар, протягивает руку. Гладит мои волосы, отводя их со лба.
Я не двигаюсь. Если отстраниться — она обидится, а я не хочу сейчас лишнего напряжения между нами. Брайар, однако, бросает на нее убийственный взгляд.
И тут до меня доходит смысл ее слов.
— Домой? — переспрашиваю я.
— Ты сможешь закончить учебный год онлайн. Мы уже поговорили с администрацией университета. Все улажено. — Она улыбается, продолжая гладить мою голову. — Мы дадим вам время попрощаться. Вертолет скоро будет здесь.
Наконец мама отстраняется, и они выходят.
Меня охватывает шок.
— Вертолет? — Брайар фыркает. — Серьезно?
Я морщусь и приподнимаюсь, опуская боковой поручень кровати. Затем переваливаю ноги через край и пытаюсь встать.
— Куда ты собрался? — в голосе Брайар звучит тревога.
Она вскакивает, обегает кровать и хватает меня за руку как раз в тот момент, когда я поднимаюсь на ноги. Благодаря ей я только качаюсь, но не падаю.
Больничный халат развевается сзади, оставляя мою спину открытой — не самый лучший образ.
— Котенок, ты не могла бы раздобыть мне какую-нибудь одежду?
Она замирает и смотрит на меня.
— Зачем тебе одежда?
— Потому что я ни за что, блядь, не поеду ни в какую больницу. Я не уеду из Шэдоу Вэлли. И не оставлю тебя. — Я беру ее за подбородок. — Мне следовало сказать это давно. Наши фальшивые отношения стали для меня чертовски настоящими, и я... Я влюбился в тебя.