Ни для кого не было секретом то, что Порочный Принц взял на воспитание маленького Ганса. И именно Порочный Принц добился того, чтобы наследные земли остались при Вилбернах. Теперь юноша, чьи синие глаза напоминали бескрайнее море, а черные волосы контрастировали со смуглой кожей настоящего рыцаря, не один день проводившего под палящим солнцем во имя тренировок, смотрел на маленькую Аделаиз с такой нескрываемой любовью, что становилось очевидно слишком многое.
— Я слушаю вас, леди Саган, лорд Вилберн, — Селена уже снова взяла себя в руки. — Однако вы должны понимать, что Его Величество и Его Высочество находятся на государственной службе перед народом, и, на данный момент, я могу говорить лишь от своего лица.
— Мы понимаем, Ваше Величество, — Ганс чуть склонил голову, а потом, решившись, вновь вскинул взгляд. — Мы с Аделаиз поженились по всем канонам и божественным заветам. Теперь она леди Вилберн.
...поженились.
Нарушили королевский указ. Мальчишка из рода Вилбернов и младшая сестра королевы. Вряд ли бы кто-то из драконов в здравом уме мог позволить такому браку состояться. Скандал. Мезальянс. Максимум на что мог рассчитывать Вилберн – младшая дочь какого-то захудалого рода с края королевства.
Селена судорожно сжала платочек у себя в руках.
— Но мы сделали это вынужденно, Ваше Величество. Лорд Саган желал выдать Аделаиз за… – Вилберн запнулся, вновь с нежностью посмотрел на свою жену. – У меня не было времени просить королевского разрешения, и я готов понести наказание, какое вынесет король.
— Однако брак был консумирован! — Быстро вскрикнула Аделаиз. Такая же смелая и боевая, как ее старшая сестра. Матушка громко охнула после этих бесстыдных слов, никак не ожидаемых от леди. — Мой отец хочет насильно разлучить нас. Ваше Величество. Никогда и никто из семьи Саган или Вилберн не пошел бы против нашего короля, я... Я виновата в том, что подговорила Ганса на подобный шаг. Мы здесь, чтобы просить вашего укрытия и поддержки, ведь мой отец и сотня его воинов следуют за нами.
Селена прикрыла лицо рукой. Эстер быстро взглянула на бабушку. Губы Милены сжались в тонкую напряженную нитку.
– Глупая девка, – едва слышно произносит бабушка.
— Это... Достаточно сложный вопрос, леди Саг... Вилберн, — исправилась Селена, явно не зная, что и сказать на всю эту пылкую, горячую речь двух влюбленных.
Эстер тихо вздохнула. Кажется, в семействе Саган не одна королева была такой… одаренной. Сама леди Мареммо разрывалась между симпатией к смелой Аделаиз, и злостью. Это было глупо, безрассудно и опрометчиво. Стоило только подумать о сотне всадников, следовавших по следам юных влюбленных. И кажется так думала не одна она.
— Леди Вилберн. — Послышался сильный голос Милены Мареммо, заставивший всех присутствующих тут же повернуться к ней. Темные глаза цепко осматривали зрелую не по годам девушку и ее спутника. — Сколько смелости и сколько глупости в ваших юных головах!
Аделаиз заметно насупилась, а Ганс, кажется уже был готов вступиться за свою супругу, но Милена не дала им и слова сказать.
— Я правильно понимаю, что вы, ради своего эгоистичного желания обвенчаться узами брака, пошли против слова лорда Сагана, Его Величества, Его высочества, пересекли всю страну для того, чтобы укрыться под защитой короля, навлекая беду на мой дом, провоцируя ссору с семьей Саган? — Голос Милены звучал тихо, но твердо. В зале воцарилась гробовая тишина.
— Вы слишком категоричны, миледи... — Начала было Селена, стараясь успокоить бабушку. Но не тут то было. Негласная глава семьи Мареммо прервала королеву.
— Простите, Ваше Величество, но пока это все еще мой дом, и мое слово здесь - закон, — Милена перевела взгляд на странную парочку. Они преодолели столько невзгод вместе, но сейчас, перед опасностью могли быть отринутыми в последнем пристанище, съежились, будто два воробышка под дождем. — Вы можете остаться, лорд Вилберн, леди. Но до тех пор, пока не вернется Его Величество и не вынесет приговор, касательно вас.
Кажется, даже огонь в камине разгорелся ярче. Напряжение резко сходило на нет.
— Лео, распорядись, чтобы лорду и леди подготовили спальню и горячую ванну. — Милена усмехнулась, ловя на себе пораженный взгляд сына и королевы. После жестких слов все ждали более сурового приговора. — Они наверняка хотят отдохнуть.