Эстер протянула к нему руки, сама приподнялась, чтобы поцеловать вожделенные губы, не сдерживая улыбки.
Подозрения о том, что Порочный Принц не сдержит слова, не будет разговора ни о какой женитьбе, червячком прокралось в остывающий от страсти ум. Но Эстер отогнала их, прижалась к любовнику разгоряченным телом. Она принесёт ему сыновей, среброволосых мальчиков и дочку с изумрудными как весенняя зелень глазами.
— Нам необходимо привести себя в порядок, если мы все же хотим, чтобы слухов о произошедшем было чуть меньше, чем уже есть сейчас, — Дейемон с трудом оторвался от сладких губ. Скользнул по ее впалому животу ладонью, чуть сжал идеально ложащуюся ему в руку грудь, и посмотрел на розочку с той сытостью, с которой обычно смотрят дикие звери, поймавшие крупную дичь.
Собраться леди Эстер явно сложнее, чем Дейемону, которому было достаточно просто привести в порядок дублет и зачесать небрежно густую гриву платиновых волос ладонью назад. И он, хмыкнув, все же помог застегнуть застежки на платье девушки, насколько у него получилось, конечно же, запечатлел еще один поцелуй на опухших губах, и ласково выпроводил ее первой, оставаясь в назойливо пахнущем розами саду на долгие минуты, чтобы выйти через другой выход.
Глава 21
Эстер, увлеченная торжеством своей маленькой женской победы, да и просто новыми ощущениями от происходящего, право слово, просто позабыла про маленького шпиона в саду.
Однако, стоило ей услышать о том, что Милена вызывает её к себе, как сердце моментально ухнуло в пятки. Она знает. Конечно! Бабушка всегда всё и обо всех знала.
Пока Эстер шла по коридору, слабая надежда о том, что Милена просто соскучилась по любимой внучке, ещё теплилась в ней. Но когда Эстер увидела в покоях бабушки ещё и целителя семьи Мареммо, надежда потухла как уголек, выкинутый из костра.
– ...я, конечно, рада что это не какой-то мелкий оруженосец, но еще больше была бы рада, если бы ты держала себя в руках. – Милена Мареммо распинала внучку уже битый час, после осмотра у лекаря. Эстер демонстративно фыркала, дула губки и большей частью молчала. В основном потому, что возразить ей было нечего. Кара была неминуема. – Я пока ничего не скажу твоим родителям, но это лишь дело времени. Узнаю я, узнает и Игнатио.
– Бабушка, прошу, – Эстер подошла к старушке, опускаясь на колени у ее кресла, доверительно заглядывая в ее глаза. – Ты слышала хотя бы об одном бастарде Дейемона? – Милена промолчала. – Я понесу от него. И рожу сына. – Голос Розы Орадона звучал ласково, доверительно, но быстро оборвался строгими и резкими, как пощечина словами Милены:
– Либо он отравит тебя, малолетняя дурочка. – Эстер быстро отстранилась, но ласковая рука тут же потрепала её по волосам. – Тебе нужно быть трижды осторожной. Я не слышала ни об одном бастарде дракона, а еще я не слышала, чтобы он сделал предложение хоть одной испорченной дочке лорда.
За своими радостями и горестями Эстер совсем забыла о намечающемся скандале между лордами. И только появившиеся на горизонте знамёна Саганов привели леди в чувства. Не стоило забывать, что она хоть и косвенно, но все же выполняет роль хозяйки в Орадоне (после бабушки и мамы), а значит должна вести себя достойно. И Дейемон должен это видеть. Нужна ли дракону леди-жена, которая не знает элементарных правил гостеприимства?
— Что же, я искренне хотела обойтись без скандалов в моем доме, — недовольно заметила Милена тихо, усаживаясь на свое место в большом зале. Прибывшего посыльного от северян встречали здесь. Следуя традициям, тот пришел просить разрешения к Мареммо для того, чтобы оставаться на территории Долины, пусть и с опозданием, а после бухнулся на колени, признав королеву, которая пришла в зал чуть раньше своих драконов.
— Леди Милена, лорд Игнатио, если вы будете столь любезны, я была бы вам благодарна за размещение северян в стенах Орадона. Как известно, безоружные мужчины куда более лояльны к переговорам, нежели вооруженные до зубов.
Она уже знала, как действовать, оставалось надеяться, что Рейемонд услышит ее.
Лишь после ухода посыльного в зал вошли драконы. Король ласково коснулся плеча жены, Джереми сел подле матери, Дейемон рядом с королем. Эстер с замиранием сердца поймала взгляд алых глаз Порочного принца. Ей показалось, или он улыбнулся?
Но тут же внимание драконов привлекают гости. Двери отворились, и в зал с шумом вошли северяне: лорд Саган и его знаменосцы. Эстер никогда не видела северян так близко. Конечно, они были далеки от тех ужасов, что любили рассказывать о них в Долине, но в целом впечатления на юную леди Мареммо ни лорд, ни его люди не произвели.