– Доброй ночи, миледи.
И Порочный Принц оставил её наедине со своими мыслями. Что подразумевал Дейемон, говоря о завтрашнем дне? Что может случится такого, что ей придется выбирать сторону?
Большая власть — большая ответственность.
Дейемон прекрасно знал, что так просто ситуация с Гансом не замнется, не в том случае, когда представители домов, участвовавшие во всем этом безобразии, принадлежали самым известным лидерам в последнем Восстании. Солнечная Гавань не приемлет подобных ошибок, драконы не приемлют подобных ошибок. Рассматривая готовящих приготовления к наказанию его пасынка, если так можно было выражаться в адрес росшего под его крылом Ганса, Дейемон не испытывал и тени жалости. Выбранная Рейемондом мера наказания была более чем лояльна, учитывая отношение короля к Вилбернам в целом.
Аристократы Севера и Долины заняли свои места по разные стороны импровизированных трибун. Эстер сидела по правую руку от бабушки и не сводила взгляда своих изумрудных глаз с подготовки к странному действу, что разворачивалось на ристалище.
— Не смотря на то, что королевское разрешение на брак между сиром Гансом Вилберном и леди Аделаиз Вилберн, из рода Саган, было дано Его Величеством, Королем Рейемондом месяцем ранее, оно официально не было получено родителями леди Вилберн, — Дейемон бросил взгляд в сторону Рейемонда, стоявшего на террасе и внимательно наблюдающего за происходящим, продолжил после его кивка. — Следуя обычаю драконов, лорд Вилберн, должен убедить родителей своей жены в серьезности своих намерений и кровью смыть нанесенное оскорбление, — Дейемон почувствовал, как ворот высокого камзола внезапно становится тесным, но не подал виду.
Северяне, набычившиеся по поводу очевидно-лояльного отношения к Гансу, затихли, кажется, не понимая, о чем говорит дракон. Само по себе собрание на ристалище без детей предполагает странное действо. И, когда черные гвардейцы выстроились в две линии напротив друг друга, держа в руках копья, на расстоянии достаточном для того, чтобы мог пройти человек, они все еще не понимали. Первой догадалась Милена Мареммо. Дейемон видел в ее глазах отвращение. Этот обычай отменил ещё его дед, но тяжелые времена требуют тяжелых мер.
Принц Джереми, сидящий посередине, между Севером и Долиной, подал знак, чтобы гвардеец, крепко удерживающий Аделаиз, привел ее к концу шеренги со своей стороны. Следуя приказу Дейемона, с другой стороны стоял раздетый по пояс Ганс, и яростные попытки его супруги сопротивляться вызывали лишь легкую улыбку на его губах. Он осмотрел на названного отца, видя в его алых глазах приказ, и сжал зубы, кивая.
— Если Ганс Вилберн не дойдет до своей супруги, брак будет аннулирован, а леди Вилберн вернется в отчий дом для замужества с желающим того северным лордом, — копья поднялись в воздух.
Дейемон во главе своей черной гвардии был великолепен, маленький принц был прекрасен. И даже Ганс в своем искреннем мужественном раскаянии вызывал у Эстер лишь симпатию. Всё счастливой Розочке казалось прекрасным. Возможно, поэтому она не сразу поняла, почему Милена до боли сжала её руку. И шептала: "Отвернись. Не гляди". Но Эстер не послушалась.
Кажется, пробрало даже северян. Ганс двинулся вперед, снося более чем жуткие удары по всему телу, идя между двумя шеренгами черных гвардейцев, каждый удар из которых обещал остаться более чем внушительной гематомой. Даже тогда, когда Ганс упал, удары не прекратились. Дейемон не останавливал экзекуцию, в глазах его нет все еще ни грамма сострадания, лишь холодный расчет. Кровь Вилберна лилась на ристалище. И он мог бы запросить пощады, но нет, упрямый олень полз к своей новоиспеченной леди-жене, отчаянно пытающейся выбраться из крепкой хватки Королевского Гвардейца.
— Прекратите! Прекратите, ему же больно! — Аделаиз сорвалась на крик, пинаясь.
Сердце Эстер сжалось, подскочило к самому горлу, рискуя вырваться наружу. Но она не отводила взгляд. Кажется, единственная из всех девиц Долины.
"Чтобы не случилось, вы моя будущая невеста, принцесса, и у вас нет права на то, чтобы поддерживать кого-то другого, кроме меня".
Эстер кинула взгляд на Дейемона. Что творится в его голове? Не поймешь. Но красивое лицо не выражало ничего. О, кажется теперь она начала понимать смысл сказанного вчера в коридоре. И Эстер вскинула подбородок выше, чтобы слезы, заслонившие взор, не дай боги, не полились по щекам. Она собралась замуж за чудовище.
Нет, поправила Эстер сама себя, за дракона.
Дейемон так и не сошел со своего места. Кажется, лорд Саган уже пожалел о том, что требовал наказание для Ганса, ведь, наблюдая за тем, как, невзирая на боль, мальчишка идет в сторону его дочери, он пришел к мысли, что поспешил отсекать возможность их брака, но было слишком поздно.