Казалось, заезд занял всего несколько секунд: накал эмоций вырвал Малику из времени, заставив забыть об окружающем мире. Теперь же, увидев очередную победу друга, она вернулась в действительность. С досадой осознала, что в глазах преподавателя, который никуда не делся во время гонки, она выглядела не просто несдержанной, а, пожалуй, сумасшедшей.
Когда Кирилл причалил к пирсу, первым, кто его встретил, был тренер, как обычно, недовольный даже победой. Пока Малика неслась навстречу к другу, Михалыч выявил упущение на старте и покритиковал прохождение дистанции. Кирилл, соглашаясь, кивал, запоминал, но взглядом скользил по многочисленным зрителям.
Малика остановилась в нескольких метрах и подпрыгивала от нетерпения, готовясь кинуться на шею к Кириллу, как только тренер уйдёт с траектории её полёта. Боковым зрением она заприметила другую девушку. Зина стояла ближе, и тоже, судя по всему, планировала повиснуть на шее победителя.
Михалыч отошёл в сторону, открывая Кириллу вид на двух девушек в обманчиво застывших позах. Он посмотрел на Малику, перевёл взгляд на Зину и виновато пожал плечами.
— Извини, но для Кирюхи ты не соперница. Она давно входит в тройку моих любимых женщин.
Растолковав его слова как сигнал к действию, Малика преодолела оставшиеся метры и повисла на друге, обхватив руками и ногами.
— Эдька, чемпион!
Она крепко прижалась к нему, её футболка тут же пропиталась влагой от мокрой одежды Кирилла. Молния на джинсах немного подумала и разошлась. Малика растерялась, одновременно почувствовав и благодарность, и негодование по отношению к предавшим её джинсам.
Кирилл отстранился.
— Всё-таки штаны не резиновые.
Малика нехотя слезла с друга и одёрнула футболку.
— Это были мои нежно любимые джинсы. Сзади не треснули, и ладно. Молнию можно заменить. Похудею и снова в них влезу.
Кирилл обнял Малику рукой за шею, грубо взлохматил её волосы.
— Когда ты уже выпустишь на свободу свою задницу? Кто тебе сказал, что ты толстая?
Малика хотела ответить, но её взгляд наткнулся на недовольную Зину. Девушка сдерживалась из последних сил.
— Можно мне поздравить Кира?
Не дожидаясь, когда Малика отойдёт, Зина оттеснила её плечом и, притянув Кирилла за шею, впилась в него губами, явно обозначая свой статус для окружающих, но больше всего для Малики.
— Только не обслюнявь, как бульмастиф[4]. Ему ещё на награждение идти.
— Хватит придумывать несуществующие слова!
Малика скосила взгляд на Кирилла. Даже рядом с высоким парнем Зина выглядела внушительно. Ширококостная, с большой грудью и плодородными бёдрами. Из тех, кто в тринадцать лет выглядят на восемнадцать, а в восемнадцать — удостаиваются обращения по имени отчеству. С Зиной он встречался всего пару недель, но её глупость уже не была секретом. Малика придумала себе необычное развлечение — засыпала девушку выдуманными словами, настаивая на их истинности. Первое время Зина велась на её хитрость, переспрашивала, удивлялась широкому кругозору, пока одна из подруг не намекнула, что Малика просто издевается, считая её дурой.
Кирилл не вмешивался в перепалки девушек, но и глупость временной пассии не оспаривал, наиболее обидные шутки пресекал, но большую часть времени развлекался за счёт Кирюхи.
Малика только недоумевала, почему Кирилл вообще связался с такой ограниченной особой, пока друг прямо не ответил: секс. Такой ответ вызвал у неё ещё больше негодования и послужил хорошим поводом для шуток о «негативном влиянии итальянских старушенций на трезвость ума разноглазых юношей».
[1] Эраст Фандорин — персонаж серии книг «Приключения Эраста Фандорина» Бориса Акунина. Персонаж Фандорина воплотил в себе идеал аристократа XIX века: благородство, образованность, преданность, неподкупность, верность принципам. Кроме того, Эраст Петрович хорош собой, у него безукоризненные манеры, он пользуется успехом у дам, хотя всегда одинок.
[2] Рашгард — компрессионная футболка, часть спортивной экипировки.
[3] Тайтсы — разновидность тренировочных штанов из эластичной ткани, облегающие, компрессионные, что придаёт им повышенные аэродинамические возможности
[4] Бульмастиф — порода собак, отличающаяся повышенной слюнявостью.
Весь следующий день институт бурлил в ожидании вечернего мероприятия — «Звездопада первокурсников». Малика не планировала участвовать, а вот Кирилл озадачил собственный факультет, вызвавшись читать со сцены стихи. Его не волновало, что это идёт вразрез с репутацией сурового спортсмена и может вызвать шквал насмешек, он просто хотел это сделать.