Тьфу. Да что ж меня несет-то?
― Акклиматизация? А ну иди сюда, сатана ушастая, ― Шмелев ловит за загривок добермана, отбуксовывая его тушку в мою комнату. Семеню следом, держа на вытянутой руках оружие массового поражения. ― Смотри, какой пир. Кушай, не обляпайся, ― с высоко поднятыми бровями наблюдаю, как старательно науськивают пса на выставленную под окном обувь. Мою обувь. ― Только набойками не подавись. Не-не-не. Куда пошел? Ешь, говорю. Вот эти вообще с ремешками. М-м, вкуснятина.
Кадр, просто кадр. И что я должна, по его мнению, сделать? Бежать к ним с воплями: «не трогайте казенное имущество?»
― Детский сад, ― вместо этого тихо хмыкаю, отставляя найки подальше и залезая в шкаф за одеждой. Пускай развлекаются.
― Что ты делаешь? ― прилетает мне в обнаженную спину. Обнаженную, потому что топ я сняла.
― Не видно? ― вывернув локти, застегиваю под лопатками крючки лифчика. ― Переодеваюсь.
― А попросить, чтоб я вышел, нельзя?
― Да ты там так занят вредительством, зачем отвлекать? Я ж отвернулась.
― Не хочу тебя разочаровывать, но дверцы ЗЕРКАЛЬНЫЕ, а не стеклянные.
― Ну, значит, не смотри.
― Слышь, Горошек. Не перебор, не?
― А что не так? ― невинно уточняю, натягивая лямки на плечи.
― Да все, блин, не так!
― Конкретнее, товарищ, ― насмешливо салютую ему в отражение. ― Конкретнее.
У-у. Рычание, вырвавшееся из Дани, больше напоминает предсмертный хрип зверя. Очень рада, что его кулаки сейчас стискивают всего лишь воздух, а не мою шею.
― В комнате уберись. А то развела свинарник, ― сердито пинает он раскрытый чемодан, заменяющий мне отсутствующую тут тумбу, и вылетает из комнаты. Правда почти сразу из ванной доносится шум воды и очередной ор. ― Саша, твою ж... Когда ты научишься переключать лейку?!
― Видимо, тогда же, когда он научится мыть после себя раковину и опускать стульчак, ― невесело замечаю, подставляя ладонь любопытному мокрому носу. ― И я не Саша. Я Александра, ― согласное «гав» немножко мотивирует. Как славно, когда хоть кто-то с тобой солидарен. ― Гулять пойдешь?
Еще одно «гав» и виляние обрубленным хвостиком.
Что за хозяева были у бедняги? Конченные садисты? Зачем было купировать уши с хвостом? Ради эстетики? Чтоб пес более грозным смотрелся? Или собирались его на собачьи бои отправить? Им бы самим что-нибудь отрезать.
Натягиваю джинсы, легкую блузу и, пока Шмелев тихо матерится, самостоятельно решив отмыть впитывающуюся в швы ламината лужу, быстренько прошмыгиваю с доберманом к лифту.
На улице хорошо. Тучи, видимо, выжали из себя всю влагу, а выглянувшее днем, пока я спала, солнце успело подсушить дороги. Гуляем по тропинкам, пока песик делает свои дела на ровненько подстриженном газоне, после чего сворачиваем к ближайшему зоомагазину.
Выходим оттуда только минут через двадцать и с полной сумкой. Наверное, я с ума свела бедную продавщицу, которая и сама толком ничего не знала. Пришлось лезть во всемогущую интернет-паутину, зато теперь мы во всеоружии.
Обзавелись игрушками, лучшими по мнению пользователей сайта мойпитомец.ру кормом, пакетами для собирания экскрементов, а самое главное ― ошейником с поводком. А то мне уже несколько мамочек успело по мозгам съездить за то, что опасная псина ходит не только без намордника, но еще и на спуске.
Опасная псина. Ха!
Да эта опасная псина сама боится ее бешеных детей! Вот уж на кого точно намордник надо нацепить, так на них: чтобы не налетали коршунами и не махали палками, тыкая их в собачью морду и злясь, что тот играть с ними, видите ли, не хочет.
Короче, успеваю поцапаться с яжмамкой, после чего возвращаюсь к оставленным псом «ароматным» кучкам, чтобы собрать их и отнести к мусорке. Не будем уподобляться тем, кто лузгает семечки из кармана и плюет шелуху прямо на голову своих чад.
Домой не торопимся.
Находим лавочку за территорией спортивных и детских площадок, наслаждаясь погодой. Доберман, перекусив сухими вкусняшками, носится рядом с новой игрушкой-косточкой. Сама беспечность.
Я же как никогда замороченная. И даже не из-за того, что спустила последние остатки чаевых на шаурму из ближайшего ларька, это ерунда ― заработаю еще, а вот что делать с псом...