Даня велел к вечеру от него избавиться. Уже почти вечер. И что делать? Нельзя же его просто взять и выбросить на улицу! Значит, надо опять окольными путями выпрашивать отсрочку, что сложно выполнимо после испорченных найков.
А мне, между тем, через несколько часов надо быть уже в баре и, если я об этом заикнусь, могут опять запереть дома. Или что еще хуже, увяжутся следом. Ну вот и как быть? Не с собой же пса брать. Боюсь, Светлана такого посетителя не оценит...
Решение приходит, откуда не ждали.
Замечаю вышедшего из подъезда Шмелева. Мы сидим так, что за кустами и сетчатым забором баскетбольной площадки нас не видно, а вот он ― как на ладони. Поэтому беспалевно наблюдаю за тем, как тот, со шлемом подмышку, направляется к припаркованному Харлею.
Да уж, хромированный красавец хорош. Правда тетя Валя, его мама, вроде говорила, что последний раз он приезжал в гости на черном джипе. Приезжать приезжал, но даже не подумал заехать ко мне, чтобы хотя бы банально сказать «привет».
Наверное, надо смириться, что для него я просто Саня. Была и есть. Знакомая из далекого прошлого. Малолетка, так и оставшаяся ребенком, которую упорно не воспринимают как девушку. И тут хоть раздевайся, хоть заигрывай... все без толку.
Харлей, распугивая голубей, с ревом уезжает. Интересно, надолго ли? Как понимаю, с утра он тоже только приехал, чуть-чуть меня опередив. А сегодня тоже стрелка будет до рассвета? Если да, то, наверное, можно рискнуть...
Возвращаемся в опустевшую квартиру.
Лезу в душ сполоснуться. Выхожу, собираюсь и оставляю доберману миски с едой и водой у себя в комнате, а возле свежеприготовленной сковородки на плите с готовой подливой жалостливую записку. После чего, с тяжелым сердцем заперев пса, уезжаю в бар.
На душе неспокойно, да и общее состояние от недосыпа оставлять желать лучшего, но едва оказываюсь в гримерке, вялость и ленивость отступают. Не знаю, как это работает, но энергетика, царящая тут, умудряется на раз выбить всю сонливость.
После первого же выхода в «стакан» моральная усталость сменяется физической. И скулением замученных лодыжек, еще со вчера не отошедших, а тут получивших новую ударную дозу в неудобных туфлях. Но все равно: возможность отпустить все и просто танцевать, еще и получая за это деньги ― реально улет. Такой кайф, что не передать.
Правда эйфория к утру благополучно рассеивается. Накатывает эмоциональное выгорание затюканного человека. Как и возвращается легкая паника. Домой еду с опаской, и когда, тихонько зайдя в квартиру, замечаю открытую дверь в свою комнату, сердце с ухом падает в пятки.
Игрушки валяются, миски пустые, не заправленная кровать сбита еще больше, но пса нет. Под кроватью пусто, на кухне пусто...
Зато сковородка помыта. И в коридоре стоят мужские кроссовки. Новые. Значит, Даня дома.
Блин. Не мог же он...
Несусь в его спальню с одной целью: устроить такой разнос, чтоб все соседи не только сбежались, но и вызвали ментов, однако озадаченно замираю, когда в предрассветном полумраке на меня вопросительно вскидывают угольно-черную голову с встопорщенными ушками.
Даня спит без задних ног, в одних трусах развалившись поверх одеяла, а рядом безмятежно растянулся доберман. Тоже, видимо, спавший, раз даже не выбежал меня встречать.
Офигеть.
К такому повороту жизнь меня точно не готовила.
Тихонько подзываю пса, уводя к себе, а сама пытаюсь замученными мозгами, пребывающими уже где-то в прострации, выстроить логическую цепочку.
Как он там оказался? Сама бы животинка ведь дверь точно не открыла. То есть, что, Шмелев его самолично выпустил? И разрешил у себя пастись? И это-то после недавнего ора?
Нет. Что-то как-то не состыковывается.
Ну да ладно. Я слишком выжата, чтобы думать об этом сейчас. Поэтому вывожу добермана на прогулку, чтобы тот опять не наделал нигде лужи, возвращаюсь, по стандарту споласкиваю ему лапы, кормлю и, наконец, позволяю себе уйти в астрал. Не забыв предварительно выставить будильник, чтоб опять весь день не улетел в пустую.
Естественно, несколько часов сна сильно не спасают. Чувствую себя квашеной капустой, которую усердно топтали ногами. Одно радует, воскресная смена ― последняя на этой неделе, еще и сокращенная на пару часов. Дальше пять дней в штатном режиме. Правда, как завтра вставать в колледж, ума не приложу. Видимо, придется не ложиться вовсе.