А мы, выходит, выскочили иродам в самый тыл!
И картина, которая предстала нашим глазам, заставила внутреннего Зверя аж на дыбы встать.
Прямо перед нашими носами, спиной к нам с Тигрой, стояла пятерка инкских магов и явно собиралась провести какой-то ритуал. Уже и жертву себе выбрали. На снегу растянули какого-то дёргающегося и матерящегося служивого, русского, судя по окровавленной форме. А в стороне ещё несколько выпитых тел изломанными кучками брошены!!!
С-с-суки!!!
Да вот только по сторонам-то надо смотреть, а? Или какую охрану ставить. Кто ж вам после этого доктор? Двух я снёс ударами когтей, одному Тигра откусил голову, а двоих забрали подоспевшие Айко с дочерью.
— Жив? — рыкнул я неудавшейся жертве.
— Да, да! — судя по бешеному взгляду казака, сама идея, что его собирались тупо прирезать, привела его в состояние исступления.
Я перерубил верёвки. И тут казачок схватил ближайшую валяющуюся инкскую дубину и прыгнул на вражеский строй. Самое забавное, инки всё ещё не поняли, что ихние маги — всё, кончились. А чего началось, так это кровавая вакханалия!
Дубина врубилась в ближайшие спины, щедро расплескав вокруг красное. Как вы его в плен-то взяли? Не иначе, взрывом оглушило. Он же психический! То, что вытворяла бывшая жертва… я даже рассказать-то не могу, а уж повторить… Просто кровавый вихрь!
Мы с Тигрой поглазели несколько секунд в восхищении да и присоединились. Как же без этого-то?
Вот только потом с другого фланга рывком встала огромная фигура. Ещё один великан. Только что не баба.
— Мо-ой! — взревел Зверь внутри меня.
Да-а-а-а! Мы самые!
Я, прямо сквозь строй инков, понёсся на нового противника. Ну чего? Кому, если не мне?
Мой размерчик!
Только вот рядом с великаном вырос ещё один. У них там гнездо, что ли?
Да без разницы!
Кстати, зря я опасался инкских дубин. Пока я прорывался сквозь строй, пару раз по мне крепко попали. Оказалось-таки, что мои щиты всё ж покрепче, чем англская броня. А потом я добежал до великанов, и стало не до мыслей идиотских.
В прыжке я отбил удар огромной дубины и воткнул синие когти в грудь ближайшего великана. А тот возьми и не сдохни! Ка-ак даст мне коленом в живот! Лечу назад со свистом! Хорошо, хоть не в наших упал.
Стряхнул с себя какого-то невезучего инку и снова бросился вперёд. Ты здоров, а я умён! Кто дурак — тот выйди вон!
В этот раз припал к мёрзлой земле, пропустив над собой очередной удар и рванул ему ногу лапой.
Н-н-на-а-а!
Ежели сразу наскоком не получилось, будем потихоньку — помаленьку. Очень уж он больно пинается.
В сторону перекатом! Сам на второго косяка давлю. А ну как он, не будь дурак, тоже на меня кинется? Вдвоём-то, поди, распетрушат мишку на десяток ковриков!
А тот стоит, дрожит, как шагоход с убитым магоконтуром, трясётся меленько — аж по земле от него дрожь, и в кишках противно. И тут у него из груди окровавленная голова чёрной лисы вылезла!
Охренеть! Она его изнутри прогрызла⁈ Или как?
Потом спросим! Шинкуем нашего!
В очередной раз увернувшись от богатырского замаха, я по старой схеме рванул бедро. Только изнутри. Ох, плеснуло красным, всего меня угваздало! Кажись, порвал ему вену-то. Всё, карачун тебе, инка! Сам сдохнешь, а я помогу немного.
Не успел порадоваться — в «моего» великана прилетел залп ракет. Грохнуло, и громадное тело буквально брызнуло ошмётьями в разные стороны! Одни ноги немного постояли и упали. Нет, ну вы наглые, а? Нашлись, когда стрелять! Я ж почти уже всю работу сделал!
Но мысленно повозмущаться мне не дали.
Из-за угла штабного корпуса, давя инкских бойцов, медленно вышел англский ТАШ «Лидер». Вот кто шваркнул великана!
А ТАШ — это предельно серьёзная машина. Это как «Кайзер» у дойчей.
Я припал к земле, прикрывшись вторым огромным трупом. Может, не заметит, а? А потом эта дура начала на наших медленно разворачиваться.
— Мне бы щас того жёлтого зелья… — пробормотал я. — Совсем не уверен я, что сдюжим против этой дурмашины.
— А вам надо, Илья Алексеевич? — чёрная лисичка прекратила выглядывать из-за гигантской оторванной ноги и вытаращилась на меня.
— В смысле «надо»? У тебя что — есть? Откуда? — ответно уставился на неё я.
— Я исследовать хотела, — заторопилась Мидзуки. — У меня совсем маленько… Ой, мама! — позади Мидзуки проявилась во всём своём боевом великолепии Айко. И держала она дочурку за чёрное ухо.
— Ты решила отравить Илью Алексеевича, мерзавка?
— Нет, мама, ты что⁈ Я же совсем крохотульку хотела дать. Я же уже даже поставила опыты…
— Как⁈
Лисы — это форменное безумие!
— Ну… я мышку накормила. Там прям на кончике коготка отсыпала! Так она собаку чуть не загрызла! — зачастила Мидзуки.
— Так-так, и как ты собираешься проверить, сколько мне надо? — спросил я. — Только думай быстрее, щас англы перезарядятся.
— Так по весу же! — Мидзуки, всё ещё болтаясь у матери в лапах, достала из воздуха маленький бумажный пакетик, ухватила щепотку жёлтого порошка и дунула в меня.
24. НА ПРОСТОРАХ АЛЯСКИ
МОЁ ФЕЕРИЧЕСКОЕ ВЫСТУПЛЕНИЕ
Если так подумать, с трезвой головой — то я, конечно, болван. А пока я с безумным рыком летел на «Лидера», и было мне хорошо! Попутно ещё какую-то здоровенную ящерицу на куски порвал.
Ящерица-то тут откуда?
Неважно!
А важно то было, что англы заметили меня и решили, что я более приоритетная цель. И теперь разворачивали стволы на меня.
— Не-е-е успеешь! — зарычал я. Ну и слегка захохотал, гхм. И прыжками прямо сквозь строй инков продолжал скакать к ТАШ*.
*ТАШ — тяжёлый атакующий шагоход.
В этот раз я не полностью потерял сознание, просто тело стало таким лёгким и быстрым! И удивительно гибким. Потому что от крупнокалиберной пулемётной очереди из правого манипулятора я легко и непринуждённо увернулся. А вот стоящим позади меня инкам не повезло. А потом я прыгнул и оказался прямо на крыше «Лидера».
— Да-а-а — заревел я.
И Зверь внутри меня ревел так же!
Вскрыли мы «Лидера» просто на раз. Я полосовал внутренности англского шагохода вдоль и поперёк, пока не провалился сквозь него прямо на снег. А потом эта стальная хрень покачнулась и грохнулась прямо на меня. Всей своей громадиной.
— Да, Илья. Выступил ты, конечно, мощно. На все, так сказать, деньги!
Я обнаружил себя в… — я осторожно покрутил головой — судя по всему, в госпитальной палате. Во всяком случае, на это намекал белый халат, накинутый на плечи сидящего рядом с моей койкой Сокола. Сокола, который продолжал бубнить и нудеть:
— И опять! ОПЯТЬ я не успел! Нет, это даже не свинство, это возмутительное медвежество! Чтоб в одну каску раскатать ТАШ «Лидер»? — Он нервно хихикнул. — А что — можем, умеем, практикуем! Главное, чтоб Иван под ногами не мешался, да?
— Ваня… — Ой, чего это у меня такой слабый голос? — Ну ты же сам с той великаншей махаться остался. Я-то тут причём? Ты хоть превозмог?
— А-а, эта? С полосатыми красными сиськами? Превозмогли, конечно. Мы её даже в плен взяли! — похвастался он.
— Да ну? Как? — вытаращился я на него. — Они же, инки эти, совсем с головой не дружат! Как?
— Да она в процессе поединка «сдуваться» начала, всё меньше и меньше становилась. Ну… и всё… — скромно потупился Сокол.
— Наши все живы? — задал я мучавший меня вопрос.
— Из прилетевших на «Саратове»? — уточнил Иван, я кивнул. — Потерь нет. А вот на базе — очень много. — Он помолчал и с досадой хлопнул себя по колену: — Надо было сразу сюда лететь, летом ещё!
Естественно, база насколько усилена бы была.
— Да уж, задним умом все крепки. С другой стороны — никаких энергий тогда у нас бы не было.