Не поворачиваясь, Зеф отпрыгнул назад и чуть в сторону — и вовремя: второй милдиционер, сидя на земле уже доставал из кобуры пистолет. Зеф прыгнул на него и покатился с ним по земле. Вскоре он уже сидел на грузном теле милиционера, заводя тому руки за спину и защелкивая их наручкинами, которые нашел у того на поясе.
— Пикнешь — убью. — сказал Зеф.
Милиционер кивнул.
— Прекрасно что все понимаешь. А так — извини мужик, жизнь такая.
Милиционер снова кивнул. Зеф подошел к его напарнику, нашарил у него на поясе наручники и тоже защелкнул ему руки. Затем подумал, нашел ключ от наручников и подтащил напарника к колодцу, расстегнул наручники и пристегнув их одним кольцом к руке, а другим — к колодезной цепи. То же самое проделал со вторым милиционером, только на всякий случай держа в руках пистолет для устрашения — тот не сопротивлялся. Оба пистолета Зеф положил на дно ведра и аккуратно спустил ведро вниз — стрелять в людей он точно не станет, а зачем еще пистолет? Охотиться в тайге? Только лишний шум. Ключи от наручников Зеф кинул в куст крапивы, растущей неподалеку. Быстро собрал разбросанные по земле вещи из своего мешка, фляги с водой и сел в милицейскую машину.
— Счастливо, мужики, жизнь такая. — он хлопнул дверцей и уехал.
Главное — не торопиться. Зефа отъехал немного, покружил по поселку, выехал на окраину и остановился в кустах. В бардачке нашлась большая хорошая карта. Наконец-то у Зефа появилась карта! Зеф стал изучать расположение — можно было конечно ехать дальше на запад, в городок со странным названием Ерофей Палыч — дорога туда, судя по всему, относительно хорошая, осилит ее и легковушка. Вот только хватит ли бензина на четыре часа пути? Пожалуй нет. Да и за четыре часа поднимется шум и Зефа будут искать и наверняка ловить на дороге. Проклятье, до чего же просто оказалось сбежать с зоны и как же сложно бежать дальше — прав был тот солдатик. Вспомнив про ящик со стружками, Зеф поморщился — все тело зудело от порезов при каждом движении. Он ведь еще ни разу не видел себя при свете дня, наверно это жуткое зрелище — вкровь исцарапанное лицо, все в грязи и машином масле от стружек. Даже если найти воду, отмыться, загримироваться и переодеться — все равно будешь выглядеть крайне подозрительно. Что делать? Ехать на запад в милицейской машине нельзя. Остается железная дорога. Интересно, останавливаются ли в Сковородино большие товарные поезда? Вдруг в кабине оглушительно захрюкало — Зеф вздрогнул и только через секунду понял что это рация. Слов с непривычки было не разобрать. Он сначала решил не отвечать, но затем нашарил кнопку селектора и рявкнул, стараясь говорить неразборчиво:
— Поял! Се-омально!
Рация удовлетворенно стихла. Пора сматываться. Зеф вырулил на дорогу и проехал по поселку. Вскоре он обнаружил широкую дорогу и выехал по ней к станции, остановившись чуть неподалеку. Удача! Мимо станции еле-еле тянулся товарняк из десятка вагонов. Первые пять были загружены японскими машинами. «Из Владивостока», — догадался Зеф. Это было плохо — где дорогие машины, там хорошая охрана. Но последние пять вагонов были загружены лесом и еще чем-то, последний ехал пустой — распахнутая теплушка.
Товарняк медленно набирал скорость. Все, не успею! Но Зеф понимал, что это последний шанс выбраться из Сковородино, он собрал все силы, выскочил из машины, зажав в руке мешок Янга Вая, пригибаясь пробежал в темноте до груды старых шпал и притаился за ними. Вагоны медленно тянулись мимо. Проклятье, в теплушке кто-то сидит — скорее всего охранник. Последний вагон прокатился, глухо простучав колесами, и поезд решительно набрал скорость. Зеф стремительно выкатился на рельсы, вскочил на ноги и побежал за удаляющейся стенкой вагона. Теперь, сзади, по крайней мере его не могли заметить охранники поезда. В лицо бил ветер, стенка вагона не приближалась — наоборот, медленно и неуклонно удалялась от Зефа. Под ногами хрустели камни. Шпалы, глубоко утопленные в землю около станции, начинали все больше выступать из земли — скоро бежать станет совсем невозможно. Зеф до боли закусил губу, рванулся вперед из последних сил — и схватился за какую-то скобу. Тело тут же потеряло равновесие и ботинки больно застучали по шпалам. Зеф перехватил мешок Янга Вая зубами, извернулся всем телом и ухватил скобу второй рукой. Подтянулся и встал на узкий вагонный буфер.
Поезд несся, набирая ход — довольно медленно, но все же ощутимо. Со всех сторон вырывался холодный ветер и леденил тело, а особенно пальцы, сжимающие скобу. Так я долго не провишу. Пару раз вагон тряхнуло и Зеф чуть снова не свалился на рельсы. Пытаться карабкаться наверх? Пожалуй только это и остается.
Зеф изо всей силы сжал зубами мешок и стал взбираться вверх по каким-то скобам и кронштейнам. Один раз он чуть не свалился на рельсы. Наконец вылез на крышу вагона. Стоять на ней было нельзя — крыша жутко раскачивалась и в лицо бил ветер сплошной мощной струей. Зеф пополз по крыше. Уцепиться было практически не за что — оставалось только надеяться что очередной толчок не сбросит вниз, на рельсы.
Зеф уже был на середине вагона, как тот вдруг подпрыгнул, дернулся, и Зеф, потеряв равновесие, покатился вбок. Ногти царапнули по ржавчине, судорожно обдираясь, ноги взмахнули в воздухе и повисли над несущимся откосом. Тело уже почти сползло вниз, но Зеф успел зацепиться за что-то — он сам не понял что это было, скорее всего какая-то скоба. Теперь он висел, лежа грудью на покатом ребре вагона, а ноги и все тело болтались где-то внизу. В зубах он все еще сжимал мешок Янга Вая. Зеф попытался нашарить ногами стенку вагона, оттолкнуться от чего-то и заползти обратно на крышу, но ноги бултыхались в пустоте. Неожиданно что-то схватило ноги Зефа и рвануло — пальцы разжались и Зеф полетел вниз…
Упал он не на рельсы, а на пол вагона, устеленого жесткой соломой. Над ним стоял здоровенный мужик — он и втащил Зефа в вагон, очевидно Зеф скатился с крыши как раз над двернум проемом теплушки. Больше в теплушке никого не было.
— Кто такой? — сурово спросил мужик.
— Зеф с трудом разжал онемевшие зубы, мешок вывалился и упал рядом на солому.
— Кто такой, говорю, отвечай, значит? — повторил мужик еще строже и для убедительности пнул своим сапогом лежащего Зефа в ботинок.
— Из зоны бегу. — сказал Зеф.
— А, ну так бы сразу и сказал. — вдруг успокоился мужик. — Вор в законе?
— Ты не поверишь — честный человек. — сказал Зеф с издевкой, уж больно идиотская была ситуация.
— А чего же не поверить? Сам, значит, сидел, знаю.
Тут только Зеф заметил татуировку на руке мужика.
— Ты охранник поезда?
— Нет, я так еду. Попросился у охранников. На железной дороге, значит, работаю. Да ты не бойся, я тебя не сдам.
— Спасибо.
— Не за что. Куда бежишь-то?
— Подальше.
— Правильно. — одобрил мужик. — Есть хочешь? Меня звать-то, значит, Егором.
— Артем. — представился Зеф.
Егор развернул газету — в ней был хлеб, достал банку консервов и стал ее вскрывать ножом. Зеф еле удержался чтоб не облизнуться — так давно он не ел настоящей, пусть даже холодной, еды.
— Значит, слушай, браток. — степенно объяснял Егор тем временем. — Во-первых ты мне не говорил, что ты беглый — понял? Я этого, значит, не знаю.
— Я разве похож на идота? — спросил Зеф.
Егор внимательтно посмотрел ему в лицо.
— Да вроде нет. Теперь значит поезд. Поезд эта… Идет до Могочи — там будет следующая остановка, там я схожу. В Ерофей Палыче не остановится — проедет. Хотя если тебя ищут, то могут остановить и там. Ищут?
— А сколько ехать до Ерофея?
— У-у-у, долго еще. Много часов.
— Тогда наверно ищут.