– Редко.
Обойдя кровать, притормозила перед зеркалом, придирчиво оглядывая растрепанную черную копну волос.
– Кому-то срочно нужно заняться моим просвещением. В противном случае…
– …ты скончаешься от любопытства? – закончил Глош.
Пригладив пятерней безнадежно спутанные волосы, я фыркнула и оставила попытки выглядеть чуточку приличнее.
– И не надейся! Я не доставлю такой радости своим врагам. – Обойдя стол с посудой, присела на пуфик и оценивающе оглядела собеседника. – И все-таки, как тебе удалось использовать мышей в качестве шпионов?
Глошад чуть поморщился, словно я вынуждала его признаться в чем-то не слишком приятном.
– После покушения родители очень боялись, что звериная ипостась вырвется на свободу. На меня надели очень сильный блокиратор. – Глошад поднял руку, демонстрируя этот мерзкий с точки зрения оборотня артефакт. – Я не мог пользоваться своей силой, не мог признаться кому-то, что адекватен, поэтому начал развивать в себе дар видящего.
Я выразительно скривилась, транслируя, очевидно: «Да-да, и этому нас тоже не учили». Ну, может, я прогуляла… Или проспала эту пару. Да, второе более правдоподобно.
– Дар видящего встречается редко, и чаще таких одаренных отдают служить в храмы или крепости, расположенные на границах с другими королевствами, – ответил Глош, опять-таки с неохотой, словно это признание я из него клещами вырывала. – При должном старании видящий способен видеть глазами других существ. Для этого берется новорожденное существо, и видящий учится… так скажем, проникать. После многолетних тренировок одаренный способен переносить часть своего сознания в выбранное животное и уже через него смотреть глазами других. Доподлинно известно, что разные видящие брали в разведчики птиц, летучих мышей, хорьков, некрупные породы собак, бродячих кошек. Эддар использовал в качестве шпионов и посланников птиц, я был вынужден…
Он смущенно умолк, не договорив. А я вдруг встрепенулась, шокированная пришедшей в голову догадкой.
– Глош, а кто ты во второй ипостаси?
Принц чуть опустил голову и набычился.
– Дракон, – с вызовом ответил он и тихо добавил: – В теории.
Секунду я переваривала его ответ, убеждаясь, что это не слуховые галлюцинации, а потом покатилась со смеху.
– Дра-кон, – стонала, хватаясь за живот и утирая выступившие слезы. – Повелитель мышей! Ой, не могу! Мать моя кошка! Он – дракон!!!
Представитель семейства крылатых и огнедышащих ящеров спокойно смотрел на хохочущую кошку, лишь изредка качая головой. Мол, не ожидал от тебя такой реакции.
– Ладно, ладно! Не смотри так! – воскликнула я, старательно гася веселье. – А почему в теории-то?
– Потому что я никогда не превращался, – забил последний гвоздь в крышку моего спокойствия принц. – Ой, да ну тебя! – с наигранной обидой буркнул он, хотя у самого губы тоже подрагивали в улыбке, и ушел умываться.
Мой приступ смеха сменился улыбкой. Подумать только, Глошад – последний представитель драконов. Кстати, а почему последний?
Может, Алекс просто не в курсе, что старший наследник престола здоров и адекватен? Да и потом, как умственные способности, тем более утерянные при жизни из-за магического вмешательства, а не врожденные, могут повлиять на продолжение рода?
Ладно, не об этом надо сейчас думать. Еще неизвестно, что там удумал мышиный покровитель. С этого хитрого недоящера станется использовать меня в качестве предмета шантажа Итона, а мне быть пешкой в чужих играх больше не хочется.
А еще хорошо бы заранее придумать убедительную формулировку для Итона и Джерома. Что-то вроде: «Не виноватая я! Он сам пришел».
– Мими, – выходя из ванной и вытирая полотенцем мокрые темные пряди, позвал Глошад. – Я могу попросить тебя о небольшом одолжении?
Я аж подскочила со своего места.
– Э, нет! – вспылила, чуя в «небольшом одолжении» глобальную подставу. – С меня хватит этой ночи и «Команды мечты, команды принца»! Я, знаешь ли, еще от похищения не отошла, чтобы влипать во что-то новое. Нет, и не проси! – Я даже ногой топнула. – Тебя за язык никто не тянул. Сам дал Эддару слово, вот теперь сам и уговаривай Итона напялить корону.
– Вообще-то я хотел попросить тебя ни во что не лезть, – с улыбкой признался старший наследник, забрасывая полотенце на плечо. – Подумал, что ты не устоишь и… Мими, ты какая-то неправильная парда.
Я скрестила руки на груди и вскинула подбородок.
– Уж кто бы говорил, ящерка!
Сколько себя помню в серых и убогих стенах альма-матер, эмоции преподавателей никогда не совпадали с эмоциями учащихся. Так было при прошлом директоре и так же осталось, когда наша философская школа общего магического профиля имени всеми забытого Алекса (кстати, надо будет на досуге разузнать полное имя отца-основателя этого места, а то некрасиво как-то его просто Алексом звать) получила статус Академии.