— Вот ещё. — Мужчина положил на стол небольшой квадратный конверт. — Это талисман. Но распаковывать его нужно только тогда, когда будет грозить опасность. Талисман дарю тебе навсегда.
Я взглянул на конверт: середина его немного выпирала и выпуклость эта была идеально круглой.
— Сколько у нас времени? — Спросил я.
— Я приду на это же место тридцать первого ноября. В это же время. — Ответил мужчина. — Меня можешь не искать. Я сам приду и принесу оплату в назначенный день.
— Полтора месяца всего… — Заключил я. — И почему мы должны тебе верить? Мы даже не знаем твоего имени!
— У меня нет как такового имени. — Ответил загадочно сектант. — Но можешь звать меня Каллор.
— Отлично. Надеюсь, что кто-нибудь знает это имя. Иначе это будет очень странно. — Заметил я.
— Кто-нибудь знает. — Ответил Каллор, слабо ухмыльнулся и набросил капюшон, скрыв своё лицо. При этом его глаза вновь вспыхнули красным. — Счастливого пути, Кидден. — С этими словами он удалился так же загадочно, как и появился тут. Я увидел, как его силуэт растворился среди столов с горланящими мужиками, поддатыми от эля.
— Ты серьёзно? Зачем ты на это согласился? Это самоубийство! — Набросился на меня Нидл.
— Нет, дружище! Это наш шанс заработать столько денег, что хватит года на три беззаботной жизни. Пятьсот асперов! Ты где вообще такое видел?!
— Это всё звучит очень сомнительно. Это сомнительное предложение!
— Насрать! Мы сделаем это!
— МЫ?!
— А что, ты не хочешь в долю?
— Знаешь, я лучше…
— Нидл, братан. Возьми свои яйца в руку, затем поднеси её к носу, хорошенько понюхай и вспомни, что ты мужик, мать твою. А потом просто кивни и скажи “Кидден, я пойду с тобой на Лайн, чтобы помочь тебе провернуть это дело”!
— Иди-ка ты лесом, дружище! — Ответил злобно тот. — Я не думаю, что это хорошая идея.
— Вот это! — Я звякнул мешочком перед носом друга. — И это. — Я взял конверт. — Говорит о том, что мы в шоколаде, а не в говне, как обычно. Не заставляй меня тебя дёргать за эти ужасные усы. Просто скажи “Да”!
— Ох, чёрт… Я тебя просто ненавижу. Просто ненавижу. Это невозможно! Мы пойдём на верную смерть…
— Но ты согласен?
— А что мне остаётся? — Нидл беспомощно взмахнул руками. — Пойду с тобой с придурком!
— Вот это я понимаю, понюхал свои яички! Дружище, положись на меня. Мы обогатимся! И выберемся из этой ямы бедности!
Друг ничего на это не ответил. Он Сел за стол, взял кружку и сделал хорошечный такой глоток эля.
— Это просто невероятное везение! — Продолжал я. — Судьба нас благословила на удачу! — С этими словами я взял свою кружку и поднял её со стола, чтобы насладиться порядком остывшим напитком. Именно тогда дно деревянной кружки отлетело, и весь эль вылился на мои недавно постиранные в реке штаны.
Глава 2. Совет старого рыцаря
В семь лет я столкнулся с чем-то паранормальным. Именно тогда мой брат Койзен пропал раз и навсегда.
Дело было по весне, наступал апрель. Тёплое солнце топило бархатные снега Дальвиля — небольшого городка, расположенного севернее дорогой столицы Южного королевства Айресансы. Дома в Дальвиле делились на 2–3 части, и в каждом доме могло проживать столько же семей. Мы делили двухместный дом с вдовой Астрой и её пятилетним сыном Дарри. Позади нас стоял дремучий лес, окрещён он был Сумрачной трясиной. Во-первых, потому что там было много болот, а во-вторых, там даже в солнечную погоду было достаточно темно. Жуткий и неприятный лес, кишащий страшными уродливыми тварями. Нам с братом было строго наказано ни в коем случае туда не ходить, как и подобает родителю. Отец очень не любил всю эту канитель. Он не любит беспокоиться о нас. Но он беспокоился, если мы вовремя не возвращались домой или приходили побитые. Любитель мирных решений, он не понимал, как мы с братом постоянно попадали в неприятности и получали тумаков от сверстников.
Именно Койзен однажды сказал мне, что не стоит ровняться на нашего отца. Что его образ жизни — это его личное дело. Но мы — будущие мужчины, и мы должны быть сильными, храбрыми и уметь давать сдачи. Мой брат делал всё возможное, чтобы быть таким. И это меня вдохновляло.
Второе апреля выдалось необычайно тёплым. Мы с братом тренировались на деревянных мечах возле опушки Сумрачной трясины — там бы нас отец не стал искать, ибо свято верил, что в лес мы не сунемся. На мечах мы тренировались всего пару месяцев, друзья Койзена показали ему пару приёмов. Брат хотел стать воином, как наша мать. Он хотел участвовать в битвах, а не сидеть в душных архивах над грудой книг.