Удивительно, но после возросшего в крови адреналина я уснул достаточно быстро. Наёмник не стал геройствовать, и действительно меня разбудил через три часа. Утро я встретил, дежуря возле двери, готовый в любую секунду к новой атаке. Но никто больше не пришёл. Всё было спокойно.
Глава 14. Что требует твоя душа?
Помню, как в первый раз я пошёл в школу. Даже не в школу, а на рынок с отцом, чтобы подготовиться к школе. Мне нужны были необходимые для учёбы вещи: листы серого пергамента, чернила, перо, а также одежда. Мне тогда было десять лет.
“Папа, но почему ты не сошьёшь мне штаны сам?” — Спрашивал я, пытаясь догнать отца, который уверенно и быстро шагал к лавке с вещами.
“А я что, похож на швею?” — Ответил грубо он. — “Хватит ныть, Кид, померить штаны, это не идти с голыми руками на медведя!”
“Я бы лучше пошёл на медведя…” — Проговорил обиженно я.
“Ещё раз такое услышу и отстегаю тебя розгами. Что я тебе говорил?”
“Никогда не лезть в неприятности…” — Проговорил устало я.
“Даже если неприятности сами нашли тебя — убегай. Беги без оглядки, пока не поймёшь, что они отстали”.
“Да, пап…”
“А теперь ты хотя бы не отставай!” — Рявкнул на меня отец.
Но это было достаточно сложно, потому что людей на рынке было невероятно много. Я то и дело терял отца из виду, потому что он и не думал сбавлять темп, а я просто не успевал за ним.
“Долго ещё?” — Спросил я, когда всё же смог догнать его.
“Хватит. Ныть. Терпение — это то, чем ты должен запастись. Терпение важнее даже, чем мана у чародея. Именно оно позволяет нам быть лучше!”
Трудно описать, как я устал от мудростей отца. Брат мой тоже любил умничать, но Койзен делал это с какой-то мальчишеской наивностью. А вот отец всегда грузил меня своей философией, которую я не понимал.
На одном из прилавков я увидел фигурки вырезанных из дерева рыцарей. Они были даже раскрашены золотистыми и красными красками, а их мечи были посеребряны какой-то пудрой, отчего походили на настоящую сталь.
“Папа! Пап! А можно мне фигурку?” — Крикнул я, считая, что отец меня услышал, и остановился возле прилавка.
Продавец разговаривал в этот момент с покупателем — высоким мужчиной, держащим своего сына за руку. Паренёк был младше меня, и он очень хотел фигурку, это было понятно по тому, как он постоянно дёргал руку отца и показывал на деревянных рыцарей.
“Пап? Ты мне не купишь фигурку?” — С надеждой спросил я и оглянулся. Но мой отец пропал, растворился в толпе, даже не удосужившись заметить мою пропажу. Тогда мне стало страшно. Я потерял мгновенно интерес к фигуркам и помчался вперёд, надеясь найти отца.
Люди мелькали передо мной, спеша по своим делам. Кто-то, как и я, останавливался возле прилавков, разглядывая товар.
“Папа? Пап?” — Крикнул я в толпу. Но в шуме слившихся голосов покупателей и продавцов маленькому мальчику нельзя было докричаться хоть до кого-нибудь.
Я шёл и дрожал всем телом. Мне было страшно. Меня даже пугало не то, что меня накажут, если найдут, а то, что я могу вообще никогда не найти выход с этого бесконечного рынка. Но мой брат всегда говорил, чтобы я был смелым. Нельзя было поддаваться панике.
“Эй, мальчик? А где твои родители?” — Внезапно прозвучал надо мной хриплый голос.
Я так обрадовался, что кто-то решил мне помочь, что остановился и оглянулся. Передо мной стоял странный мужчина в серой накидке с капюшоном. Его бледное лицо, покрытое то ли шрамами, то ли морщинами выглядело не то, чтобы пугающее, но явно не дружелюбно. Но когда незнакомец вновь заговорил, его голос не был каким-то жутким. Немного хрипловатым — да, но всё же в нём чувствовался позитив.
“Ты потерялся?” — Незнакомец остановил на мне свои бледно-красные глаза.
“Да!” — Ответил растерянно я.
“Так бывает. Рынок — страшная штука. Даже взрослые люди тут теряются!” — Проговорил незнакомец и подмигнул мне. — “Предлагаю тебе подождать тут, пока твой папа тебя не найдёт!”
“Я боюсь, что он никогда меня не найдёт…” — Проговорил испуганно я.
“Так не бывает. Веришь или нет, но иногда даже рынок пустеет. Просто подожди, пока станет меньше людей, и тогда твой отец сможет тебя отыскать! Хочешь, я тебя пока развлеку? Ты любишь книжки?”