— Рекордный индекс интуиции и идеальное чувство меры.
— Чувство меры? У тебя?!
— Не веришь — загляни в мою Запись. Или для тебя и Книга — не авторитет?
— Да нет, кто я такой, чтобы спорить с Командором.
— Господа, — не выдержал наконец Дамблдор, — мы с профессором МакГонагалл с удовольствием бы приняли участие в вашей беседе, но, к сожалению, совершенно не понимаем, о чем идет речь.
— О! Прошу прощения…
Оба вдруг разом посерьезнели. Амбридж выпрямилась и чинно сложила руки на груди, Макнейр взял предложенную чашку.
— Уверен, директор, мое письмо не вызвало у вас удивления. Настороженность, возможно, легкое недоумение по поводу э-э-э… личностей гостей, но не удивление.
Дамблдор придвинул к нему вазочку с печеньем.
— Почему ты так думаешь, Уолден?
Макнейр поднес чашку к губам… и удивленно наморщил лоб.
— Директор, ну что вы в самом деле, — ни возмущения, ни насмешки, лишь легкая укоризна, — неужели вы всерьез думали, что это сработает? Я понимаю ваши попытки прощупать нас с Долорес с помощью легилименции, но веритасерум… Как-то это… неоригинально.
Альбус развел руками
— Простите старику его игры. Ты сам признал, Уолден, что ваше появление должно меня насторожить.
— Конечно. Но этот тест на глупость и наивность может создать впечатление, будто вы не воспринимаете нас всерьез.
— Уверен, этого не случится, Уолден, коль скоро уж ты прошел мое немудреное испытание.
— Я должен быть польщен?
Амбридж кашлянула, и Макнейр мгновенно оглянулся на нее.
— Долли?.. Ах да, чувство меры… Простите, директор, я, кажется, позволил себе лишнее.
— Ну что вы, — Дамблдор, не скрывая интереса, разглядывал гостей, — в данном случае извинения должен приносить я.
Минерва чем дальше, тем больше ощущала себя зрителем в театре абсурда. Непринужденная поза Амбридж, высокоинтеллектуальные дипломатические игры в исполнении Макнейра, Альбус, позволяющий им вести, мучительное чувство потери контроля над ситуацией. Того гляди, министерская жаба потребует возвращения ей статуса директора Хогвартса, и Альбус покорно подаст в отставку.
— Господа, вам не кажется, что мы затянули с отвлеченными беседами? Прошло полчаса, а ни директор, ни я до сих пор не осведомлены о причинах и целях вашего прихода.
И едва не взвилась на дыбы, поймав снисходительный взгляд Амбридж.
— Боюсь, вы преувеличиваете степень неосведомленности директора, Минерва. Не так ли, Альбус?
— Почему вы так думаете, Долорес?
Макнейр усмехнулся, слегка похлопал пальцами правой руки о ладонь левой, изображая аплодисменты.
— Вы — чемпион по уклончивым ответам, господин директор. Поверьте, Серая Лига ни за что не пошла бы на открытый контакт, не будь мы совершенно уверены в том, что вы в курсе нашего существования.
— Почему ты так… э-э-э…
Посетители синхронно ухмыльнулись. Минерва невольно стиснула челюсти. От вида не владеющего ситуацией Альбуса было настолько не по себе, что хотелось немедленно встать и выйти вон, захватив старика с собой. Но приходилось сидеть и смотреть, молча сглатывая беспомощную ярость. Мерлин, какое унижение…
— Три часа назад в окрестности Акингтона прибыл отряд авроров. Большинство их является членами организации, известной как Орден Феникса, потому логично предположить, что происходящее — инициатива не только Министерства. К тому же книга «Секреты Темных Искусств» существует в единственном экземпляре, и этот экземпляр находится сейчас в ваших руках. Соответственно, только вы могли произвести необходимые расчеты и вычислить время и место Обряда.
— Отчего же. Вам ведь тоже о нем известно.
— У нас иные источники информации.
— Они могут быть не только у вас.
— Исключено.
Макнейр провел ладонью над остывшим чаем и невозмутимо сделал глоток. Амбридж последовала его примеру, ответив на ошеломленный взгляд Минервы лукавой усмешкой. Альбус сию вопиющую демонстрацию проигнорировал.
— Допустим. Но это доказывает лишь, что я предупредил Кингсли о возможном инциденте. Причем тут вы?
— Будь это так, одним отрядом дело бы не ограничилось, в Акингтон явился бы весь Аврорат. Кроме того, официально никто никуда не собирался, в Министерстве тишь да гладь, так что вывод однозначен: происходящее — результат вашей личной договоренности с Шеклболтом. Следовательно, вы уверены, что проблему решат без вашего участия.
Молчание. Дамблдор похрустывал печеньем, тщательно оберегая бороду от крошек, Макнейр внимательно разглядывал чайную ложку, Амбридж перемигивалась с Фоуксом, который сменил свою жердочку на подлокотник ее кресла и теперь кокетливо встряхивал своим великолепным хвостом. Странно, раньше птица ее на дух не переносила…