Через несколько дней Мария угодила под автобус. Том привык считать тот несчастный случай своим первым убийством.
К зиме тридцать пятого года миссис Коул сумела наконец добиться от городских властей ассигнований на ремонт отопительной системы. Мрачное здание приюта отогрелось, совместные ночевки в гостиной ушли в прошлое. Детвора радовалась горячим батареям, словно подаркам от Санты, лишь одному Тому не стало теплее. Мерз он и в натопленных подземельях Хогвартса, и в тесной каморке при лавке Горбина, и в долгих скитаниях по жарким странам, и в блистающих вычурной роскошью мэнорах, и здесь, в собственном Поместье. Не спасали ни согревающие чары, ни гигантские камины, ни магловские шубы. Том давно привык к холоду и даже перестал его замечать, но с недавних пор вдруг начал чувствовать странное слабое и далекое, но совершенно настоящее тепло. Ощущение это появлялось наплывами, без предупреждения и ненадолго, но Том даже не пытался выяснить его источник, предпочитая делать вид, будто ничего особенного не происходит. Может, не хотел разочароваться…
…а может, боялся потерять?
— Голосую за Визжащую Хижину. В Хогсмиде людно, в Лесу сыро…
— Чо обеспечит погоду. Правда, Чо?
— Обеспечить можно, только зачем? Хижина подходит идеально одинокое строение с дурной репутацией… Эрни, как тебе вариант?.. Эрни?
— А?
— Хижина, говорю, подойдет?
— Хагридова?
— Визжащая.
— А… да хоть филчев чулан для швабр.
— Странно. Эрни, это точно ты? Малфой, вы его что, заколдовали? Пари закончилось, а он молчит всю планерку.
— Может, привык?
— Хорошо бы.
— Тссс, не будите лихо… точнее, не мешайте творческому процессу.
— А?
— Ничего, Эрни, работай, работай… Мне тоже нравится Хижина, только вот к замку она близко, и туннель там есть, про который, между прочим, пол-Слизерина в курсе.
— Ну и что? Не полезет же Риддл на карачках в грязную дыру, не по чину как-то. Да и нафига? Его ж Драко с порога метаморфом угостит, потом Эрни с Багдадом подтянется, Ближний Круг опять же…
— Ближний Круг до последнего тусуется у шкафа там нужна подпитка на блок, пока мы замыкаем контур, и чем мощнее, тем лучше. Если они нас пересилят, смогут вернуться.
— Блин, точно. Гарри, может, все-таки ну его? Не хочешь собой прикинься Дамблдором, Волдеморт тебе сразу в лоб, пока суд да дело, Багдад поработает, а очухаешься вломишь ему по обратке…
— Нет. Мне нужно с ним поговорить.
— А если он не захочет разговаривать?
— С репеллентом захочет.
— Не факт, что репеллент на него подействует.
— Ты ж сказала действует на всех.
— Томми тварь особенная.
— Вот заодно и поглядим, насколько особенная… Ребята, все будет нормально, я знаю Риддла, и мне есть, что ему предложить.
— Выражайтесь конкретнее, мистер Поттер.
— Мэм… это очень сложно объяснить на словах. Понимаете, мы такого не планировали, но визит к предкам здорово вышиб Томми из колеи. Он… растерян.
— Да что ж там стряслось, у тех предков! Гарри, давай в думосбор!
— Ребят… не стоит, честное слово. Ну ничего хорошего нет в чужой беспомощности и унижении. Волдеморт, как ни крути, личность, а его, словно сявку последнюю… Я бы и сам с удовольствием забыл, если б не так важно было помнить.
— Гарри, ты что, намерен устроить Риддлу сеанс психотерапии?