— Да, Гарри?
Гребаный кефир… нашел время хихикать, конспиратор недорощенный. Выкручивайся теперь.
— Э-э-э… профессор. — Думай, думай! — А может, мы… э-э-э… — Быстрее! — Ну… воспользуемся Акцио?
Директор остановился так резко, что Колин едва не вмазался носом ему в спину.
— Хорошая идея, Гарри. Попробуй.
— Я?
— Почему нет?
Приплыли. В руке Колин держал муляж копию палочки Гарри, способную на вполне приличный Люмос, но и только. Своя палочка была крепко привязана к предплечью. Обычная командная практика, однако малоопытному Колину пришлось всю неделю тренироваться выдавать таким манером Инсендио. Удастся ли экспромтом воспроизвести движение, необходимое для Акцио, он не знал.
— Давай, Гарри, не медли.
— Э-э-э… ладно.
Выручайте, ребята.
— Акцио хоркрукс!
Ответ не заставил ждать: в двадцати футах из воды взметнулось худое бледное тело, угрожающе махнуло костлявыми конечностями и с кошмарным плеском рухнуло обратно в озеро. Эффектно. Интересно, это был Фред, Джордж или все-таки чары сработали? А Дамблдор даже глазом не моргнул, вот ведь нервы у дедули! Мне, кстати, положено бояться и задавать вопросы.
— Чччто это, профессор?
Вот хохма будет, если он ответит «Джордж»! Или «Фред». Или «Тебе виднее»… блин, я извращенец. Гуляю в компании великого Дамблдора по самому жуткому местечку в Англии, зеваю от скуки. Но вот из заколдованного озера выскакивает покойник и мое настроение махом взлетает до небес. Не подскажете, директор, психиатры по воскресеньям принимают?..
Через пятнадцать минут колиново настроение пробило атмосферный слой и ушло к звездам. Лодка безмолвно скользила по черной глади воды, Дамблдор, не отрываясь, вглядывался в зеленоватое свечение острова, а у левого борта синхронным дуэтом плыли два белесых инфернала. Между ними печально струил длинные перья пышный петушиный хвост.
Добыча оказалась на диво верткой Нагини едва успевала сворачивать, повторяя резкие зигзаги заячьих скачков. Дважды она вовсе теряла его из виду, но оба раза ей везло вспорхнувшая птица подсказывала, куда направился шустрый ужин. Лес менялся: деревья редели, меж ними все чаще попадались крупные, покрытые мхом валуны, местность ощутимо шла на подъем. Заяц наконец-то начал выдыхаться, расстояние между ним и змеей неумолимо сокращалось. Еще чуть-чуть, еще немношшшко, мой сссладкий…
Заслышав близкое шипение, зверек вдруг отчаянно скакнул вбок, так что Нагини пролетела мимо футов на десять. Когда она вернулась, добыча снова была далеко. Сссволошшь ушшшассстая… всссе равно шшже сссъем…
— Ссссъешшшь? — внезапно осведомились из зарослей слева. — А я рассззве рассзрешшшил?
Ну вот, еще не хватало… впрочем, можно и конкурентом закусить.
— Кто ссздесссь?
— Не ссззнаешшь меня? Ссстранно.
— Она шшживет в сстарыхх рассззвалинах, — вмешались из зарослей справа. — Сссзлая ссстерва. Сссама пришшла. Накашшжем?
— Не торописссь. Объясссни ей.
— Как ссскашшжешшь. Сслушшай, сссесстра. У нассс правила. Нельссззя убивать бесс расссзрешшения. Ххочешшь ессть ссспросси. Понимаешшшь?
Ясно. Пара полозов, местные змеиные царьки. Съем обоих и стану королевой.
— Рассзрешшение… ты вкуссный?
— Ешшшь сссебе подобныхх? — В зарослях слева что-то тяжело заворочалось. — Некрасссиво…
— …и ссззабавно. — Справа застучали, осыпаясь, мелкие камни, из ложбинки, по которой удрал заяц, выкатились два здоровенных валуна. — Ты ссслышшал? Она сссобираетсся сссъессть нассс!