— Директор, мы торопимся.
Мда, слизеринца с толку не собьешь… думай, Ал, думай! Кому может быть нужно Кольцо? Тому Риддлу, безусловно, но он тут явно не участвует не его стиль. Значит, Командор. Хорошо, что я о нем знаю? В данной войне мы, вне всяких сомнений, по одну сторону баррикад, однако союзники еще не значит единомышленники. С большой долей вероятности можно считать, что Командор это Нарцисса Малфой, а она никогда не блистала ни человеколюбием, ни бескорыстием. Почему бы ей не совмещать полезное с приятным поиски хоркруксов с охотой за Дарами Смерти? Мантия, как видим, у нее уже есть, надо лишь руку протянуть, Бузинная палочка только что перешла во владение Драко… ох, вот почему Нарцисса не противилась идее показательного убийства! Остается Камень…
— Сэр, у нас очень плохо со временем. Пожалуйста, скажите, где Кольцо.
— Прошу прощения, мой мальчик, но я бы предпочел обсудить этот вопрос… с леди Малфой.
Альбус прищурился, однако юный игрок и ухом не повел. Слизерин, чтоб им пусто было…
— Как скажете, директор. — Лицо юноши вдруг поплыло, размазалось и тут же снова затвердело, обретя знакомые, в последнее время частенько мелькавшие в думосборе черты. Нарцисса оглядела себя, поправила мантию на груди и светски улыбнулась оторопевшему собеседнику. — Так лучше? Где Кольцо?
Колени Альбуса подогнулись, он тяжело привалился к стене и лишь чудом не съехал по ней вниз. Сортиры Камелота… Мерлин знает, какой я ждал реакции, но уж точно не такой. Ни зелий, ни заклинаний, палочка по-прежнему нацелена на меня… Нарцисса, совершеннейшая Нарцисса! Кого же я отправлял в Ближний Круг шпионить за Томом? И кто пообещал меня убить?
— Господин директор, перестаньте тянуть время, мы и без того уже везде опоздали. Где Кольцо?
— Если я скажу, что оно… больше не представляет опасности, леди Малфой… — голос Альбуса предательски дребезжал, — такой ответ вас устроит?
— Благодарю, — прозвучало за плечом. — Вполне.
Оборачиваться, чтобы узнать нового гостя, Альбусу не пришлось бесстрастная невыразительность этого баритона последние две недели преследовала его в каждом сне. Проклятье… значит, и здесь я тоже ошибся.
Ноги все еще плохо держали, потому молодецки отпрыгнуть в сторону не удалось. С трудом оттолкнувшись от стены, Альбус попятился, стараясь держать в поле зрения всех троих. Правое запястье рефлекторно крутанулось, но вместо палочки ладонь ощутила пустоту. Что ж, вот и долгожданный конец, Ал. Ты лопал мармеладки, насвистывал песенки и мнил себя самым умным? Получи по носу, столетний глупец… Упершись поясницей в парапет, он обреченно замер. Господи, какой странный, долгий, неописуемо поганый день…
— И вам доброй ночи, профессор Дамблдор. — Командор не спеша перешагнул порог. — Напрасно вы сидите на камнях, они холодные. Застудите спину, придется снова выпрашивать у Роланды Хуч ее чудодейственный бальзам. Скажу по секрету, она покупает его в магловской аптеке.
— Я знаю, — растерянно брякнул Альбус. Нет, это уже ни в какие рамки…
— Разумеется. — Командор опустился в сотворенное щелчком пальцев кресло. — Вы все всегда знаете… за исключением некоторых мелочей. — Еще один щелчок. Второе кресло. — Присаживайтесь, прошу. У вас сегодня был нелегкий день, ноги наверняка гудят.
— Благодарю. — Альбус не двинулся с места. — Все-таки Северус ваш человек?
— Если вам угодно так считать пожалуйста… Ради Мерлина, господин директор! — Командор марионеточно всплеснул руками. — Уж не думаете ли вы, будто леди Малфой и впрямь собиралась вас убить?
— Не думаю ли я… — С силой упершись рукой в спинку предложенного кресла, Альбус обошел его, и даже сумел не рухнуть, а с достоинством опуститься на сиденье. — Не думаю ли…
Да-да, Ал, именно так ты и думал. Настолько свыкся и проникся мыслью о своей скорой смерти, что теперь никак не можешь понять: тебе подарили жизнь. Спасли, Гвиневеру им в окно, старого дурака от самого себя… Конечно, зачем ему мой труп куда интереснее глумиться над живым проигравшим, чем над его могилой… да и Модред с ним, Господи! Завтра я снова увижу Большой Зал! Боже ж ты мой, какое невероятное облегчение… Альбус посмотрел на Нарциссу.
— Ваш сын поклялся это сделать. Или… клялся вовсе не он?