— Вот черт, а Джин с Гермионой головы сломали, обе уверены, что когда-то уже видели этот вензель. И я ведь видел, и Рон с близнецами — в комнате на Гриммо, где жили девчонки, висел портрет с инициалами вместо подписи. Гермиона спрашивала Сириуса об этом, но он не любил говорить о брате. Возможно, настоящий хоркрукс спрятан именно там, помнится, в куче хлама, что мы выгребли тогда из закоулков этого гадюшника, было и несколько медальонов. Пожалуй, стоит навестить Кричера.
— Непростая задача, учитывая, что там всегда ошивается кто-нибудь из фениксовцев.
Поттер внезапно помрачнел и отхлебнул своего джина. Снейп вопросительно поднял бровь.
— Гарри?
— Никто там уже не ошивается, — поболтал бокалом, наблюдая, как сталкиваются в прозрачной жидкости кубики льда, — неудивительно, что директор вам об этом не сказал. Не решился, видать, расписаться в очередном предательстве.
— И что на этот раз? — Снейп усмехнулся, — бога ради, не старайся щадить мои чувства, вряд ли это хуже того, что я уже знаю.
— Перед Рождеством Орден Феникса срочно покинул Гриммо. Угадайте, с чем это связано, сэр.
— Странно. Тайну Фиделиуса невозможно выдать ни под какими пытками. Или… он что, решил, что я могу… добровольно?
Угрюмый взгляд, жесткая усмешка в ответ.
— Обязанность политика — просчитывать ВСЕ варианты. Даже столь невероятные.
Снейп откинул голову на спинку дивана, прикрыл внезапно повлажневшие глаза. Альбус, улыбчивая голубоглазая гиена. Значит, все твои заверения в абсолютном доверии — тоже ложь, на самом деле ты не верил ни секунды, наблюдал, отслеживал и ждал удара. Больно, очень больно. А казалось, все уже отгорело и ушло… Альбус…
Поттер молча вложил в руку учителя полный бокал.
Выходные для Алисии Малкин выдались неудачные: в субботу лишь трое клиентов с пустяковыми заказами заглянули в ее салон, сегодня же дверной колокольчик и вовсе звякнул впервые, не смотря на час дня. А все затишье в колонке светской хроники: после новогоднего скандала в Министерстве общественная жизнь словно в подполье ушла — ни приемов, ни презентаций, ни квиддичных матчей: Лига ни с того ни с сего объявила сезонный перерыв, продолжающийся уже второй месяц. Даже День Святого Валентина отгуляли почти шепотом: несколько закрытых раутов в мэнорах — и снова тишина.
Виноват во всем, конечно, ИО Министра Кингсли Шеклболт — человек неплохой, но чересчур уж серьезный и приземленный: объявил в стране военное положение, ввел повсеместно аврорские посты и патрули, возобновил рейды по домам неблагонадежных семей, спасибо, хоть до комендантского часа пока не дошло. И светская жизнь затихла, притаилась, хотя официально ее никто не отменял. Даже от грядущих выборов многого ожидать не приходилось — вряд ли новоиспеченный Министр выделит из государственной казны сумму, достаточную для организации приличного торжества. А кому интересно веселиться без фейерверков, Селестины Уорлок и фуршета на четыреста душ? То ли было при Скримджере… Хоть и оказался бывший Министр вампиром и пройдохой, на убытки в его правление «Салон мадам Малкин» не жаловался. Нынче же едва удалось уговорить недовольную помощницу взять отпуск.
Ладно, поглядим, что понадобилось старой курице Мокридж. Будем надеяться, не носовой платок.
— Добрый день, Пигрития, рада вас видеть. Как здоровье вашего супруга? Говорят, Отдел по связям с гоблинами завален работой.
— Ох, не говорите, Алисия, я практически не вижу его дома. С тех пор, как новый Министр объявил сверхурочные нормой, Катберт едва не ночует в Гринготсе, кажется, они вознамерились полностью перекроить Закон о Статусе Магических Существ…
— Сочувствую, Пигрития. Так чем могу помочь?
— Ах, вы знаете, Алисия, мой Катберт — гений в юриспруденции, но в повседневной жизни он несколько неуклюж. Позавчера опрокинул на себя целый флакон несмываемых чернил, а ведь мантия совсем новая. Я тут подумала, если немного перекроить перед и заменить рукав…
Нда, уж лучше платок.
— Конечно, Пигрития, я посмотрю, что можно…
Звякнул колокольчик, и в магазин ворвался рыжий вихрь по имени Гризельда Клапенток.
— Здравствуйте, Алисия, я буквально на минутку, договориться о заказе, вы не поверите, ни секунды, ни секунды свободного времени… о, тетушка Пигрития! Тоже готовитесь к Ярмарке?
Глаза миссис Мокридж хищно сверкнули.
— Ярмарка, Гризельда? Какая Ярмарка?