- В принципе, так и есть.
- Чего вы хотите от меня? - Ей было любопытно, из-за чего весь этот сыр-бор.
- Не выставляйте свою кандидатуру на выборах.
- Уточните! - потребовала Лиза, которая, ей Богу, ничего не поняла, но показывать этого не хотела.
- Прошу прощения? - нахмурился Ксенофонтов. - Кажется, я ясно выразился.
- Какие выборы? - Лиза сообразила, что отмолчаться не получится, так как они с адмиралом, явно, говорят на разных языках
- В Думу, - кажется, Ксенофонтов ей не поверил.
- Но они же через год! - возразила Лиза. - Кроме того я не состою ни в одной политической партии. Я же офицер...
"Ах, вот оно что!" - до нее, наконец, дошло, что она теперь отставной офицер, и ничто не мешает ей баллотироваться в думу. Можно от какой-нибудь партии, - ей при нынешнем раскладе будут рады в любой из них, - а можно пойти на выборы, как независимый кандидат.
- История получила огласку, - между тем объяснял Ксенофонтов, - но это не страшно, если позволить общественному интересу угаснуть естественным порядком. Однако если вы озвучите свою версию инцидента с английской эскадрой и к тому же расскажете, как адмирал Борецкий просил вас, принять командование авианесущей группой... Вы же понимаете, Елизавета Аркадиевна, когда и если адмирала вызовут в думскую комиссию, он будет вынужден сказать правду. Тогда полетят головы, и не только голова вице-канцлера. Не поздоровится многим, в том числе и в Адмиралтействе.
- Я вас не понимаю, - Лиза была в бешенстве, и неспроста. - Вы считаете, что в праве, о чем-либо меня просить? Призовите и отдайте приказ!
- И нас на клочки разорвут, - покачал головой адмирал. - Я думал, вы в курсе, но сейчас вижу, что ошибался. Вас выводят в королевы, Елизавета Аркадиевна, и подозреваю не без участия кого-то из наших. Я имею в виду флотских.
"Да, пожалуй, - согласилась Лиза. - Похоже, так и есть!"
- Что бы мы теперь ни сделали, что бы ни предприняли, последствия будут еще хуже. У нас в Адмиралтействе капитальная утечка, в канцелярии Великого князя тоже. Так что минимизировать урон можно только в случае, если вы сами дистанцируетесь от всего происходящего и не станете участвовать в выборах. А еще лучше, езжайте в Антверпен, Елизавета Аркадиевна, принимайте командование своим бригом и...
- Не возвращайтесь, на хрен, никогда! Так?
- Было бы замечательно, - кивнул Ксенофонтов, - но у меня нет такой власти. Поэтому я принес вам предложение о компенсации.
- Серьезно? - гнев опять брал верх над разумом и волей, и Лиза ничего не могла с этим поделать. Казалось, черное пламя неистовства зажгло ее, как факел.
- Серьезно, - кивнул адмирал. - Во-первых, вы получите княжеский титул, - это все еще прерогатива Великого князя, - и, во-вторых, звание контр-адмирала. Поставим вас, Елизавета Аркадиевна, на командование эскадрой и проследим, чтобы в подчинении у вас была хотя бы одна авианесущая группа. Появится реальная возможность войти со временем в число думных бояр Адмиралтейства. Но, разумеется, все это после выборов.
- А после выборов выяснится, что у вас не было полномочий давать мне какие-либо обещания, - Лиза встала из-за стола и, не глядя, достала из сумочки несколько ассигнаций. Все, если честно, сколько попало в руку.
- Знаем, - зло усмехнулась она, швыряя деньги в лицо адмиралу, - плавали! Это за вино!
Лиза повернулась, чтобы уйти, и в этот момент что-то острое воткнулось ей в основание шеи со стороны левого плеча. Мгновенный болезненный укол, и ощущение, словно бы, ударили в поддых. Не то, чтобы так же больно, как при ударе в солнечное сплетение, но дыхание пресеклось, и потемнело в глазах.
Ее шатнуло. Ноги налились тяжестью, и Лиза рефлекторно оперлась о стол. Сработал рефлекс, и...
***
... это была мгла. Плотная бурая взвесь, вроде песчаного тумана, как тогда, в пустыне, сразу после самума.
"Вот же, черт!" - мгла была непроницаема даже для мощного корабельного прожектора. Притом она не отражала свет, а поглощала его. Такой эффект.
"Ладно, ладно! Расслабься! - приказала себе Лиза. - Ты же помнишь, как вела крейсер в тумане над самой водой! Как входила в устье реки..."
Она вдруг поняла, что это не ее мысли. Они звучали в голове, как эхо, но говорила, вроде бы, не она.
"А кто?"
Не отвлекайся! Слушай!
"Я..." - слов не нашлось. Лиза действительно "услышала" свод. Услышала, ощутила, увидела внутренним взором... Нет. Разумеется, не то и не другое, но что-то ужасно похожее на слух или зрение, на ультразвуковой эхолокатор, как у летучих мышей, или на электромагнитную локацию, как в радиоискателе.
Не отвлекайся! Слушай!
"Да, слушаю я, слушаю! Отвяжись!"
Мгла заполняла туннель, имевший в сечении никак не меньше пятидесяти метров, но это означало, что под днищем всего ничего, и клотик, считай, скребет по "потолку". Хорошо хоть ширины хватало, чтобы не поотбивать себе бока. Впрочем, проблем хватало и без этого: время от времени тоннель менял направление. Правда, не резко, а плавной дугой, но от этого не легче.
"Держи ухо востро, Лиза!"
Она и держала, тем более, что афаэр молчал. Как воды в рот набрал. Не помогал, и все.
"А ведь самое время!"
Лиза сосредоточилась на своих ощущениях, природу которых даже не пыталась понять. Ведь не обязательно же знать, как работает мотор, чтобы летать на винтокрыле! Она и не знала, как устроен этот ее "мотор", зато знала теперь о тоннеле гораздо больше, чем несколько мгновений назад. Крейсер пробирался, подрабатывая одними маневровыми двигателями, сквозь заполненный клубящимся "туманом" естественный тоннель. Размеры пещеры и ее протяженность были попросту невероятны, тем более что, по ощущениям, тоннель пролегал сквозь массивы твердой горной породы. Одним словом, не песчаник, а какие-нибудь базальты или граниты. И да, по дну тоннеля текла довольно приличная река. Русло метров тридцать в ширину и до трех - в глубину, и мощное течение, которое отчего-то несло воду не вниз, а вверх. Подъем Лиза оценила градусов в восемь-десять. Вроде бы немного, но пойди заставь воду течь вверх!
Краем сознания Лиза отмечала невероятность происходящего с ней и вокруг нее, но на то, чтобы удивляться, не было ни времени, ни сил. Она лишь фиксировала факты. Отрешенно. Без эмоций. И почти без анализа. Пещера. Тоннель. Река. Твердая порода, угол наклона, скорость течения воды, глубина... Как выяснялось, для того, чтобы ориентироваться в затопившей тоннель мгле, афаэр Лизе был не нужен. Она и сама справлялась.
И только она подумала об этом, как сразу же поняла, что ошибается. Афаэр ей еще понадобится. Не здесь. Не сейчас. Но понадобится. И когда это случится, будет лучше, если он окажется при ней...
***
Ее шатнуло. Ноги налились тяжестью, и Лиза рефлекторно оперлась о стол. Сработал рефлекс, и как раз вовремя, потому что в следующее мгновение она потеряла ориентацию, и в глазах потемнело.
По-видимому, на какое-то время Лиза отключилась, но, тем не менее, умудрилась вернуться назад. Ненадолго, на считанные мгновения, но вынырнула из небытия и попыталась понять, что же произошло? Это потребовало от нее неимоверного усилия, невероятного напряжения воли, но у Лизы все-таки получилось. Она снова осознала себя. Почувствовала отяжелевшие, непослушные ноги, огонь в легких, агонизирующих без доступа кислорода. Увидела адмирала Ксенофонтова, падающего вместе со стулом назад. Его выпученные от удивления глаза. Его руки, пытающиеся уцепиться за край стола...
Между тем "изображение" уходило слева направо. Потерявшую равновесие Лизу разворачивало налево, туда, откуда пришел удар. В поле зрения попали какие-то люди, застывшие в самых нелепых позах. Взгляд выхватил из "толпы" знакомое лицо, и в следующее мгновение Лиза увидела нападавшего. Во всяком случае, так его определило ее уходящее во тьму сознание. Последним усилием воли Лиза вскинула правую руку, на которую до этого опиралась, и ударила противника вилкой под кадык. Откуда в ее руке взялась вилка, Лиза не знала, но она об этом и не подумала. Все произошло слишком быстро. Удар, крик мужчины, а она сама уже падала на спину. Сознание покинуло Лизу раньше, чем она коснулась пола.