-Мда, дела. Ладно, отдохни, а я обмозгую, потом посоветуемся, как дальше обоз вести.
До самой глубокой ночи караван в этот день ни кто не беспокоил. Спокойно переночевав, пошли дальше по намеченному маршруту. Было решено, для нагонки потраченного на бой и сбор трофеев время, увеличить продолжительность движения каравана с двенадцати до четырнадцати часов, и идти так пока не наверстают потерянные двадцать километров. По расчетам идти таким темпом дня три-четыре. Увеличит скорость, обоз не мог, волы шли с одной скоростью и хоть как не погонял этих животных увеличить их скорость не возможно. На счастье их выносливости хватала и на двенадцати и на четырнадцати часовой переходы. Лошадей, в связи с их избытком, можно было менять не два, а три раза за день пути и впрягать по паре во все возы.
Утром собрались в четырнадцати часовой путь. И этот и последующий день прошел спокойно. За ним третий и четвертый дневные переходы и ночевки прошли без тревог. Уже наверстали потерянное расстояние, и на четвертый день переход был в тринадцать часов и на ночлег встали в заранее запланированном месте. 'Птички', постоянно висевшие в воздухе не засекли ни одной группы людей представляющих хоть какую-то опасность для каравана. Неудобства состояли из-за сбившихся мест ночлега. Но пронесшаяся по Волге весть о наказании вероломных поставщиков, не исполнивших в полном объеме возложенных на них обязательств, чудесным образом способствовала пониманию со стороны снабженцев и их желанию услужить потребителю. Они сами искали, и находили места новых ночевок каравана, привозя на новое место не только фураж и продукты, но и перевозя со старых мест заранее заготовленные дрова. А некоторые встречали караван еще в полдень и уточняли, где путники остановятся на ночлег, привозя на новое место все потребное для полноценного отдыха уставшим путникам и их животных, с учетом особенностей удобств отдыха в дорожных условиях и в зимний период. И ни одна рожа не возмущаясь, когда подходящие возы останавливались под жерлами орудий и досмотровые группы тщательнейшим образом досматривали прибывшие возы, протыкая копьями привезенное сено, развязывая и осматривая большие мешки, обыскивая возы и самих возничий на наличия у них оружия, которое при обнаружении сразу же изымалось. Правда, при покиданнии лагеря оружие, уже за линией щитов 'гуляй-городов', возвращали хозяину. Сменные проводники так же были вежливы, предупредительны. Погода стояла как по заказу. Ни разу, до самого устья Самары, обоз не попал в буран. Видимо бог или боги были милостивы к переселенцам и путники всегда видели либо следы прошедшей метели, либо буря захватывала своим слабым краем хвост каравана.
На пятнадцатый день пути после выхода из Нижнего Новгорода, только тронулись в путь, как самолетик передал сюрприз, в густом тальнике, разросшемся под крутым правым берегом, притаился отряд не менее чем в сотню человек. Люди были пеши. Их кони находились на противоположном берегу, в идущем параллельной Волги, не глубоком логу, заросшему березами. Помня предыдущие обстрелы и понесенные от них потери, приняли самое простое решение. Авангард, проходя мимо, двумя сотнями отправился захватывать коноводов с конями. Три сотни вместе с батареей 'единорогов' атаковали засаду. Да какое там, атаковали, без затей и изысков расстреляли тальник с притаившейся в нем засадой из орудий. Картечь из шести орудийных стволов просто вырубила заросли, заодно скосив почти всех засадников. Хватило трех залпов, чтобы необходимость в дальнейшей стрельбе отпала. Спешенная сотня прошла в мешанину тел, кустов, земли, провела контроль, привела более менее пригодных для беседы 'языков' и передав их подоспевшей резервной полусотни, авангард тремя сотнями с арт. батареей пошел вперед по маршруту, останавливаться нельзя и так опаздываем от графика движения из-за задержки при ликвидации засады. А резерв занялся сбором трофеев и доставкой 'языков' к командованию. Через час к авангарду присоединились две сотни, ходившие за лошадьми. Там так же прошло спокойно. Коноводы, услышав орудийную пальбу и правильно истолковав результаты боя, тем более увидев спешащую в их направления русскую кавалерию, не стали геройствовать, а вскочив на своих коней и прихватив по паре ближайших коньков, в качестве заводных, бросились прочь от табуна и приближающейся смерти, принявшую вид московских всадников. Русским воям досталась самая веселая часть любого сражения средневековья, сбор трофеев, в данном случае отвязывание конских связок от берез и перегон табуна, в количестве более полутора сотен голов, к обозу и его сдачу Золотому с уже образовавшимися его личными помощниками из числа местных, как ливонцев, так и русских.
Так и шли оставшиеся дни, когда отгоняли огнем орудий, мушкетов, пищалей и болтами со стрелами, притаившиеся или маячившие в отдалении шайки татар или кого иного, кто их разберет. Тройке других банд не повезло, засели на левом берегу слишком близко от русла реки. Ну что ж, кто не спрятался 'витязи' не виноваты. Подгонялась батарея 'единорогов' и хватало не более четырех залпов для решения вопроса с засадными отрядами. Потом прочесывания места бойни, зачистка, быстрый сбор трофеев и пригодных для разговора 'языков', передача их подошедшим резервным полусотням. Которые приступали к более обстоятельному сбору трофеев, транспортировки и охране пленных. И опять вперед. Засадникам не помогали ни хорошее знание ими местности, ни их маскостюмы из отбеленного полотна. Для тепловизора нет разницы в белой или черной одежде лежит на снегу затаившийся враг, на экране теплые человеческие тела четко выделялись на холодном снегу. В общем, шли, не сильно напрягаясь в плане войны и без боевых потерь. И считали, что пройдут остатки пути по Волге без боев. И как обычно накаркали, перед самым финишем пути по Волжскому участку, нарвались на неприятности.
20 февраля, пройдя мимо высившихся на правом берегу Волги горы Светелка (Караульный Бугор) и Кабацкая, караван остановился на ночевку в начале Самарской луки, в Усинском заливе. Переночевав в устье реки Уса обоз начал просыпаться. Было очень рано, рассвет только еще расталкивал звезды, высветляя небо, когда стоянка пробудилась от сна и караван стал собрались выйти в путь. Рассчитывая в этот день ещё до сумерек пройти перешеек, ведь от впадения Усы в Волгу до современного попаданцам села Переволок- двадцать пять километров и переночевать на одном из волжских остовов, а на следующий день дойти до конечного пункта Волжского участка пути, крепости Самар.
Молодецкий курган,на заднем плане видна горой Лепёшка, современный вид. Внизу этот же вид но зимой.
Усинский залив, современный вид.
Устье Усы, современный вид.
Вверху устье Усы, современный вид. Внизу Усинский залив, современный вид.
Первый в этот день плановый запуск БПЛА, еще перед выходом, сразу принес очень неприятную весть. Впереди обоз поджидала засада. Русло залива, в его самом узком месте оказалось перекрыто войском татар, по примерным подсчетам не менее трех - трех с половиной тысяч человек, примерно две трети их были пешими, остальное составляли всадники. Противник расположился грамотно левый берег пологий, поросшими лесом, в этом месте вздымался от поймы хоть и не высокими, но крутыми берегами.