«И помог мне не кто-нибудь, а командир взвода. Без его совета я не решился бы начать такую беседу, боясь, что ребята меня не так поймут. На Брауэра можно рассчитывать: такой всегда поможет».
2
У велосипеда был такой вид, будто он всю зиму провалялся где-нибудь в сарае, а потом вдруг случайно попался кому-то на глаза, и его вытащили оттуда на свет. Крупные пятна ржавчины покрывали его. Кожа на сиденье кое-где отсутствовала, не хватало одной педали, крылья сильно помяты. Велосипед был небрежно прислонен к забору, переднее колесо с рулем, словно стыдясь своего вида, было перевернуто в обратную сторону.
И пока солдаты, стоявшие в тот час на КПП, отпускали злые шуточки насчет велосипеда, хозяин его находился в кабинете командира полка.
Получив приглашение садиться, он осторожно присел на стул и, скрестив ноги в измазанных грязью сапогах, спрятал их под стол, чтобы они не привлекали внимания. Это был мужчина лет тридцати пяти, с загорелым лицом, какие бывают у людей, работающих на открытом воздухе, в коричневой куртке с потертыми локтями. От него приятно пахло землей.
Командир полка сидел за столом. Он приветливо улыбнулся посетителю и спросил:
— Слушаю вас, коллега.
— Я из Картова, из сельхозкооператива. Моя фамилия Шихтенберг.
Переложив синюю кепку из одной руки в другую, он посмотрел на командира полка. Простое лицо и внимательные глаза офицера сразу располагали к себе. Это придало посетителю смелости. Однако когда взгляд посетителя остановился на двух золотых звездочках на погонах, он снова засмущался и даже немного оробел.
— Значит, вы из Картова? — с улыбкой переспросил подполковник Петере, желая как-то подбодрить гостя и вывести его из состояния нерешительности.
— Да, из Картова, — повторил Шихтенберг и, кивнув, медленно начал объяснять причину своего прихода. — Мы в кооперативе строим сейчас хлев для скота… Без хлева никак не обойтись…
Гость сделал паузу, потом, положив руку на стол, покрытый красным сукном, продолжал:
— Одна наша бригада сегодня уже приступила к строительству. Но кроме хлева нам еще нужно построить свинарник.
Петере понимающе улыбнулся и сказал:
— Я, кажется, догадываюсь, зачем вы пришли.
Гость тоже улыбнулся.
— Знаете, в селе круглый год полно работы, а людей у нас, прямо скажем, маловато.
Петере кивнул.
Шихтенберг сделал рукой энергичный жест, словно желая этим подчеркнуть важность того, что он скажет, и продолжал:
— Крестьяне-богачи не верят, что мы сделаем это, и насмехаются над нами. С политической точки зрения, да и с экономической тоже, важно закончить это строительство как можно скорее. Вот мы и подумали, не могли бы вы…
— Понимаю вас, — перебил гостя Петере и, выпрямившись, положил свои большие руки на стол. — С политической и экономической точек зрения от нас требуется помощь.
Шихтенберг кивнул.
Подполковник снял трубку, набрал номер:
— Товарищ Зомер, зайдите ко мне на минутку!
Спустя несколько минут в кабинет командира полка вошел стройный капитан с шапкой густых волос. Это был секретарь партбюро полка.
Зомер слушал Шихтенберга, прислонившись к стене. Он крутил в руке карандаш, подбрасывал его вверх и ловко ловил.
— Картов, Картов, это находится… ага, вспомнил. — И, посмотрев сначала на командира, а потом на гостя, сказал: — Я полагаю, товарищ подполковник, мы сможем им помочь. На следующей неделе у нас вряд ли что получится, а вот когда наши люди вернутся с учений, сможем. Пошлем туда группу, а то и целый взвод. Сколько людей вы просите? — Секретарь повернулся к Шихтенбергу.
— Несколько каменщиков… потом слесарей, но таких, которые умеют хорошо работать… Человек двадцать было бы неплохо, так я думаю.
— Хорошо, пошлем в ваше распоряжение целый взвод, и притом хороший, — пообещал секретарь партбюро.
Подойдя к Шихтенбергу, секретарь дружески похлопал его по плечу и неожиданно спросил:
— А красивые девушки у вас в селе есть?
Гость кивнул и лукаво подмигнул одним глазом.
— Тогда вам придется в оба следить за ними! — пошутил Зомер, подходя к двери.
Когда Шихтенберг на КПП показывал часовому пропуск, тот ехидно спросил его: