— Правильная идея! Толковая! — раздались обрадованные голоса со всех сторон.
— Нам нужно установить контакт с местным населением, быть может, даже удастся убедить кого-нибудь вступить в кооператив.
Первым поднял руку Штелинг.
— Я считаю, что нужно разработать план мероприятий на каждый вечер, — предложил он и, вынув карандаш и блокнот из кармана, добавил: — Прошу высказывать предложения, которые и будут учтены в плане нашей культурной работы.
— В футбол нужно сыграть! — выкрикнул кто-то из угла.
— Я уже записал это.
— Совместную прогулку по окрестностям с приглашением местной молодежи, — предложил Гертель.
— А есть ли в селе комсомольская организация? — поинтересовался Лахман.
— Точно я не знаю, — сказал Брауэр, — но думаю, что есть.
— А то давайте организуем вечер встречи с комсомольцами села.
— Можно показать кинофильм для всех жителей села! — выкрикнул вдруг Дальке.
Все согласились.
— А я считаю, что неплохо было бы организовать танцевальный вечер, да не один… Пригласить небольшой оркестр… — высказался Бауман.
— А как же с девушками? — спросил кто-то с места.
— Они здесь есть, я уже заметил. И если с ними познакомиться и пригласить, то они не только придут сами, но еще и подруг своих приведут…
В палатку вошел Шихтенберг, вслед за ним молодой парень, а за парнем — Герда.
Солдаты, для которых приход гостей оказался неожиданным, с удивлением и любопытством рассматривали вошедших.
— Ваши ребята, товарищ унтер-лейтенант, уже говорили мне о своих пожеланиях, — начал Шихтенберг. — Вот мы и пришли к вам, чтобы все обсудить. Может, вопросы какие будут? — Он снял с головы фуражку.
Солдаты не заставили себя долго ждать, вопросы посыпались градом: есть ли в селе спортзал, имеются ли музыкальные инструменты, создана ли футбольная команда.
Шихтенберг и Герда едва успевали отвечать. К концу беседы распределили обязанности.
Штелинг встал и захлопнул свой блокнот.
— Мне нужен большой лист бумаги. Где найти?
Я бы составил план, а утром вывесил его на всеобщее обозрение.
— Пойдемте в наше правление, товарищ, там и составите свой план, — предложил ему Шихтенберг.
Когда они выходили из палатки, Бауман любезно приподнял край брезента, чтобы им было удобнее выходить, и при этом не спускал глаз с Герды.
Солдаты вышли из палатки, закурили, обмениваясь мнениями о руководителях сельхозкооператива.
* * *По вечерам, когда с улиц исчезала детвора, а землю окутывали сумерки, сельские парни и девушки собирались в центре села на вечеринку: попеть, потанцевать, поговорить.
Сегодня Герда, Урсула и Гертруда пришли на вечеринку в числе первых.
Урсула была маленького роста, но очень красивая девушка. Ее миндалевидные серые живые глаза буквально обвораживали собеседника или даже просто соседа, сидевшего рядом с ней. Губы были полные, отчего казалось, что она постоянно чуть-чуть улыбается. Она была молчалива, поэтому ее родные и знакомые делали вывод, правда, ложный, что она во всем и со всеми согласна. Однако девушка была себе на уме.
Гертруда по сравнению с подругами выглядела крупной и сильной, и все знали, что эта девушка всегда придет на помощь в случае необходимости.
Девушки разговаривали о своих делах. Где-то в доме раздался бой часов: заводная кукушка прокуковала восемь раз. Позади девушек послышался резкий мужской голос.
— Ах, Гюнтер, ты нас перепугал! — проговорила Герда.
Гюнтер пришел со своим неизменным аккордеоном и сел на скамейку.
— Сыграй нам что-нибудь, — попросила парня Урсула. — Тогда другие скорее соберутся.
Гюнтер тронул клавиши, и над селом полилась мелодия.
Вскоре, заслышав звуки аккордеона, стали собираться и другие парни и девушки. Один тракторист пришел с транзисторным приемником, и звуки современного джаза смешались с музыкой аккордеона. Гюнтер перестал играть.
— Эй, ты, радист, выключи свой ящик или проваливай отсюда! — крикнула парню с транзистором Урсула.
Однако парень не выполнил просьбы девушки, напротив, он пустил приемник на полную мощность. Кто-то из парней засмеялся и начал выделывать ногами кренделя в такт музыке и хлопать руками.
— Прекрати, а то у меня зубы разболелись от твоей музыки! — крикнула парню Герда.
Парень послушно кивнул и приглушил звук.
* * *В темноте домики, казалось, еще теснее прижались друг к другу. Играл аккордеон, и солдаты шли на звуки музыки. Некоторые их них подпевали аккордеонисту.