— Но библиотека-то там есть? — Девушка прикрыла глаза.
— Разумеется.
И в тот же миг она почувствовала вкус его губ.
Вскоре Криста и Хорст поженились.
Харкус поздравил их и подарил на память великолепную фотографию с видом Эльбы. Он даже улыбался, хотя в этой улыбке было больше печали, чем радости.
Клаус, узнав о замужестве сестры, с улыбкой предсказал:
— Ты еще вернешься в наш город. Самое позднее тогда, когда в центре его будет построена библиотека, о которой ты так мечтала. Это будет самое красивое и светлое здание во всем городе.
Обосновавшись в Еснаке, Криста часто вспоминала о Дрездене, но не тосковала по нему.
Харкус после окончания военного училища также получил назначение в Еснак. Правда, встречались они теперь довольно редко и совершенно случайно — то в поселке, то в библиотеке.
Осенью 1954 года, когда с начала их жизни в поселке прошло немногим более года, полк вернулся с осенних маневров.
Стоя у окна, Криста смотрела на улицу. Офицеры спешили к себе домой. Все машины давно скрылись в автопарке, перестали урчать их моторы, а Хорст почему-то не возвращался.
Вдруг Криста услышала шаги возле самого дома. До звуку шагов нетрудно было догадаться, что шли двое. Вот они поднялись по лестнице и вошли в комнату. Это были Харкус и Вебер.
В руках Харкус держал венок из роз. Молча он посмотрел на Кристу, и она прочла в его глазах глубокое сочувствие. Криста попятилась в угол.
— Фрау Фридрихе… — тихо начал Вебер и замолчал. Под глазами у него залегли тени, лицо было скорбным.
— Ваш муж… — продолжал Вебер. — Товарищ Харкус видел все собственными глазами…
— Это случилось неожиданно, — подхватил нить рассказа Харкус. — На самом повороте дороги выбежали детишки… Объехать их было просто невозможно… А у Хорста на голове даже не было каски…
Харкус прислонил венок к стене и протянул Кристе планшетку Хорста.
Криста смотрела на них широко раскрытыми глазами, но, казалось, ничего не слышала — ни шагов, ни голоса, ничего.
Похоронив мужа, Криста вернулась в Дрезден.
Летом 1955 года она снова стала работать в библиотеке швейной фабрики. Проработав полгода, перешла на работу в антикварный магазин. Позже она перешла работать в книжный магазин, потом в городскую, сельскую библиотеку, но нигде не задерживалась дольше года.
В душе у Кристы будто что-то оборвалось. Она потеряла почти всякий интерес к окружавшим ее людям.
Брат предложил ей работу у себя. Она согласилась. Выполняла у него секретарские обязанности, отвечала на письма, занималась расчетами. Клаус стал знаменит: ему заказывали проекты на строительство вилл, домов отдыха и производственных зданий. Не все давалось ему легко, так как не на все проекты удавалось получить официальные разрешения, но многое удавалось. У Клауса появились деньги.
Решающим для него оказался 1960 год, когда был утвержден генеральный план застройки города и многие проекты Клауса были приняты безо всяких изменений. Клауса пригласили работать в архитектурный совет, который руководил застройкой всего города.
Дрезден рос с каждым месяцем, но до строительства библиотеки дело все еще почему-то не доходило.
У Клауса появилось много новых друзей по работе. Вместе с ними он проводил и свободное время. Среди его лучших друзей были архитектор, врач и скульптор.
Криста всегда была с братом. Жизнь кружилась каруселью, но все как-то мимо нее. Она вращалась в кругу одних и тех же людей, и постепенно все стало однообразным. Криста хотела сойти с этой карусели, но не хватало сил.
В июне 1963 года она вернулась в город после очередной загородной прогулки. Брат остановил машину у ресторана, где они намеревались пообедать. В раздевалке Криста увидела Харкуса, который уже надевал фуражку. На лице офицера засияла радостная улыбка. Лицо у него было ясное и спокойное.
Криста хотела остановиться, но скульптор, схватив ее за руку, потащил в зал. Ей удалось лишь помахать Харкусу рукой.
Майор кивнул Кристе, махнул рукой ей в ответ.
Вечером вся компания собралась в доме у Клауса, чтобы повеселиться.
Спокойное и ясное лицо Харкуса стояло перед глазами Кристы. Она невольно вспомнила Еснак, тамошнюю библиотеку, располагавшуюся в деревянном доме. Ей приходилось самой носить туда воду, а зимой — уголь, чтобы натопить библиотеку. Теперь все это было далеко в прошлом.
Она подошла к бару и, налив рюмочку ликера, выпила. Потом Криста много танцевала с врачом, и бородатым скульптором, и даже с братом, подруга которого выпила так много, что ушла в спальню и там заснула.