Ослепительно яркое солнце садилось на днепровские плавни, и машины из далекой Португалии словно растворились в его огненно-желтых лучах. Иван Григорьевич свернул на тщательно ухоженную шоссейку, обсаженную молодыми пирамидальными тополями. С тополей уже облетала листва. Здесь пешехода обогнали две иномарки. Иван Григорьевич поднял руку, но машины промчались, как голубые метеоры. В лощине, у пруда, около высоких ветвистых верб, встретилась живая душа. Старик с пышными усами косил зеленую траву. Тот еще издали заметил странного пешехода, при галстуке и в шляпе, голосующего машинам, вышел на шоссейку.
— Эх, вы, святая простота! — покачал он головой, встречая пешехода. — Ну, кто вас тут подберет?
— А что им стоит?
— Стоит, — сказал старик. — А если вы грабитель? А если в вашей Аллочке, — показал на пакет, — граната?
— Бутылка.
Старик засмеялся, обнажая под усами здоровые белые зубы.
— И в машину вас не возьмут, и в город не пустят.
— А я на дачу.
— А это и есть город, — уточнил старик. — Город нового панства. Пешком туда не ходят. Перестренут и на возраст не посмотрят — набьют жопу. А вздумаете пререкаться, то набьют и морду.
Такое предостережение показалось Ивану Григорьевичу весьма забавным. В Америке подобным образом не предупреждали, даже если путник попадал в частное владение. Но это была не Америка и набить морду могли просто так.
— Как же быть?
— А вы прикиньтесь иностранцем, скажите, что таксист побоялся везти вас дальше, высадил на повороте.
— Иностранца?
— А что тут такого? Он для власти что-то значит…
Иван Григорьевич поблагодарил разговорчивого старика и продолжил свой путь, уже не делая попыток останавливать попутный транспорт. Пешеходов здесь не подбирают, а иностранцы пешком не путешествуют.
Глава 10
На подходе к дачному городу Иван Григорьевич был остановлен милицейским патрулем. Верить не хотелось, что если ты не иностранец, то тебе, как говорил старик, набьют заднее место, а будешь пререкаться, то набьют и морду.
Низкорослые хлопцы — их было двое — в милицейской форме, без оружия, вышли на дорогу.
— Вы куды, диду?
— В дачный город.
— Пропуск е?
— Нет.
— Тоди вы заблудылысь, — сказал один из них, напуская на себя строгость; совсем юный, не иначе как первогодок, визгливо скомандовал:
— Кругом!
Но Иван Григорьевич команду не выполнил, повторил свое намерение:
— Мне нужно, ребята, в дачный город.
Он с интересом рассматривал маленьких, в измятой форме патрульных, невольно сравнивал их с полисменами страны, в которой почти сорок лет работал на поприще разведки. «Таких в полицию там не взяли бы». Такие же, мелкие стражи порядка, заметил он, слоняются по улицам Прикордонного: разгоняют бабушек, торгующих пирожками, убирают с тротуаров пьяных, вылавливают пацанов, не желающих служить в армии.
Делать нечего, пришлось подчиниться. И дернула же нелегкая идти пешком? На Ажипу злости не было. Он предложил свой транспорт. А может, патрульным нужно было объяснить, что он направляется в гости к мэру?
«Черт с ним, с мэром!» — ругнулся, возвращаясь обратно. Злость была на патрульных.
Недавно в квартире Забудских зашел разговор о милиции, о том, почему в ней служит одна мелкота? У Анатолия Зосимовича был готов ответ:
— Крупные охраняют бизнесменов. Они же и получают соответственно. За риск. В нашем городе каждый день кого-то убивают. Целятся, конечно, в бизнесмена, но попадают, как правило, в охранника.
— И это их не сдерживает?
— Доллары, Иван Григорьевич, это булыжники, которыми выстлана дорога на кладбище. Вопреки логике, чем их больше, тем дорога короче.
— И бизнесмены это знают?
— Знают, — убежденно сказал Анатолий Зосимович. — В прошлом году один милиционер, из панской охраны, за одну «зелененькую» своего брата-блюстителя оглушил прикладом — и с моста в воду. А тот крепким оказался. Выплыл.
— И что с тем, который прикладом?
— Да ничего. Признали: семейная разборка на почве финансовых затруднений… — Если всех судить… А сажать куда? Тюрьму закрыли.
— Амнистия?
— Зэков кормить нечем. А тюремную охрану перевели в патрульные. Раньше, в пору моей молодости, на весь город было семь участковых, да столько же в горотдеде. И можно было ночью ходить, не опасаясь, что тебя убьют, в лучшем случае разденут. Сейчас в городе одних только патрульных полторы сотни. А попробуйте в темное время суток выйти на прогулку…