На самом деле, у Какойтовича были руки. И даже обе. Просто как-то он не очень с ними управлялся. Сначала неловко уронил микрофон. Потом принялся по нему стучать, когда тот не реагировал на его «раз-раз». И даже на «раз-два».
Паренёк ловко щёлкнул переключатель на микрофоне, и какойтовское «раз-два-три» оглушило зал сопроводившимся визгом. Люди поморщились. Паренёк отодвинул микрофон подальше от спикера, и жуткий ультразвук прекратился. Какойтович откашлялся и начал вещание.
Паренёк поспешно удалился, но Ася ещё долго высматривала его в надежде, что он хотя бы выглянет из-за ширмы. Она успела разглядеть тату на шее и руке, покрытой дорожками вен. Высокий, светловолосый, с лицом настолько красивым, что у Аси не было шансов остаться равнодушной.
Почему-то остальные присутствовавшие представительницы женского пола равнодушными всё же остались. Они слушали Какойтовича, позёвывали, а некоторые даже строили глазки подплешивевшим дяденькам в костюмах подороже.
А для Аси будто сошлись все звёзды. Паренёк прям-таки был создан по образу и подобию её коллажа идеального мужчины, который она констролила классе в девятом. Он всё ещё валялся где-то на задворках памятного барахла, а тут вспорхнул в сознании, как американский флаг, водружённый якобы на Луне.
Ася не могла дождаться перерыва, когда технических работников выпустят в люди. Наконец Какойтович распрощался с зааплодировавшей публикой и спустился с помоста. В зале началось оживление, группка подхалимов подскочила к сиявшему гордостью Эммануилу, часть, вернее, большая часть, присутствовавших направилась в столовую, где поджидал фуршет, а Ася медленно приподнялась со стула, не отрывая глаз от ширмы.
- Да ну нахер, - произошло явление с не самой романтичной репликой. Парень шутливо толкнул своего напарника и выудил сигарету из пачки.
Ася заворожённо смотрела на то, как он вразвалочку проследовал на выход, и заторопилась следом.
На улице хлестал дождь, заползая под невысокий навес служебного входа. Парень уже дымил сигаретой и что-то рассказывал молчаливому напарнику, рыжеватому бородачу со свисавшим ниже ремня брюхом.
Ася прижалась к стене в надежде, что дождь её не достанет. Но его проворные лапы утопали во фланели пиджака, расползаясь по нему мокрыми пятнами.
Зажигалка, как назло, не хотела работать. Ася безуспешно крутила колёсико и проклинала всё на свете. Но не случись этого казуса, его стоило бы придумать. Сымитировать неисправность.
Внезапно перед лицом вспыхнул огонёк. Ася вздрогнула и увидела руки, поднёсшие зажигалку.
- Спасибо.
- Пожалуйста, - задорно ответил уже слышанный голос.
Асе не нужно было поднимать глаза, чтобы понять, кому он принадлежал. Знакомый баритон, тату на руке с полосками вспухших вен.
Сердце будто сглотнуло, на мгновение остановившись, и заверещало бешеным стуком, погнав кровь в виски и в затрясшиеся кончики пальцев. Ася гулко затянулась и только теперь поняла, что момент упущен. Парень вернулся к своему напарнику, а она осталась стоять одна, подставляя дождю намокшую фланель.
Взволнованная и растерянная, Ася пыталась понять, как действовать дальше, но все мысли застряли на тлеющем кончике сигареты. Пепел срывал неугомонный ветер, то и дело залезавший под юбку и холодивший то, что скрывалось под крохотными стрингами.
Ася долго их выбирала, крутилась перед зеркалом и так и эдак. В конце концов, она относительно молодая и вполне себе свободная женщина, которая, раз уж её отправили в Новгород, может позволить себе хоть толику развлечений. География командировок была отмечена фривольными приключениями — чем ещё заниматься в Кызыле и Вологде? Не на экскурсии же ходить, право слово. Всякий раз это были партнёры из принимающей фирмы или коллеги, так же притащившиеся на очередной скучный съезд. Теперь наметилось что-то новенькое — паренёк из техперсонала, явно моложе и явно симпатичнее всех предыдущих. Как-то Ася даже закрутила с сорокалетним менеджером, обременённым женой и детьми, но татуированного мальчонки у неё ещё не было.