— В руки нельзя, а то на работе попалят.
Вытащив шприц, он прикрыл глаза и откинул голову. С минуту он отстраненно чесался, будучи погруженным в себя, потом повернул к Алексею стеклянные глаза: — Думаешь, я люблю «герач»? Это он любит меня. Ха-ха. Бля-я-я… вот это да-а-а… сейчас поедем… — Он еще почесался и закрыл глаза. Из уголка рта повисла слюна. Зашипела рация. Спойлер что-то промычал, не открывая глаз, и замолк. Алексей потряс парня за плечо, но тот не издал ни звука. Ему явно было не до поездок. Алексей вызвал такси.
Подъехав, он купил в магазине у своего дома две бутылки вина. Поднявшись на свой этаж, он нажал звонок. За соседской дверью послышалась возня. По характерному сопению и шмыганию носом Алексей понял, что это Толик. Сначала он лишь немного приоткрыл дверь, затем, увидев Алексея, снял цепочку и вышел на лестничную площадку. Поправляя на носу очки в толстой оправе, и переминаясь с ноги на ногу, Толик загнусил своим гайморитным голосом:
— Извини, что так поздно. У меня к тебе есть вопрос.
— Привет, что за вопрос?
В этот момент Айлин открыла дверь и поздоровалась с Толиком. Алексей нехотя предложил ему войти.
— Я совсем ненадолго… — было заметно, что Толик не ожидал увидеть Айлин. Он начал длинный сбивчивый монолог, из которого Алексей понял, что Зоя Карловна все же не достигла того просветления, к которому она столь активно стремилась. Окончательно это выяснилось, когда во время очередного занятия по медитации в местном Доме культуры она устроила перепалку с одной из женщин. Ведущий семинара Дхритараштра жестко пресек разборки и наказал ее полуторачасовой Випассаной в подсобке. Однако, не смотря на все разочарование, Зоя Карловна не собиралась опускать руки. На следующий день после занятий она попросила Толика не звать ее к телефону, не отвлекать, и отправилась в свою комнату. Все это насторожило квартиранта. Поскольку дверь в комнату Зои Карловны не закрывалась на замок, он тихо подошел к двери и прислушался. Из комнаты доносилась тихая волнообразная музыка. Толик осторожно приоткрыл дверь и увидел, что Зоя Карловна, одетая в просторную светлую юбку и накидку, самозабвенно кружится в центре комнаты.
— Сначала я почувствовал облегчение, потому что кружение — это не сумасшедшее дыхание и не плач, но потом мне стало как-то не по себе. Она не собирается останавливаться!
— Как долго она уже кружится?
— Примерно сорок минут. Просто, понимаешь, она уже не молодая…. Я боюсь за нее, как хозяйка она меня полностью устраивает….
Алексей знал, что Зоя Карловна берет с Толика за жилье какие-то копейки и, в случае чего, ему будет крайне затруднительно найти аналогичный вариант. Он отправился вместе с Толиком посмотреть, что там происходит.
Они вошли тихо, как будто в доме был тяжело больной, подошли к двери и осторожно приоткрыли ее. Зоя Карловна кружилась посреди комнаты, выставив перед собой руки и неотрывно глядя на них.
Алексей обернулся к Толику.
— Давай подождем. Возможно, скоро она закончит и все будет в порядке.
— Надеюсь. Хотя знаешь, у меня есть чувство, что это закончится не скоро — Толик жестом повлек Алексея на кухню.
— В любом случае, насколько я понимаю, это не страшно для здоровья. В крайнем случае, у нее закружится голова и…
— А если что-нибудь случится с сердцем? Я не знаю, что мне делать.
— Может вызвать Скорую и увезти ее в «психушку»?
Толик ошарашено посмотрел на Алексея. Тот ободряюще похлопал его по плечу:
— Я пошутил. Не надо в «психушку». Скоро она просто устанет и все закончится, вот увидишь. Ты извини, у меня есть неотложные дела. Меня там ждут, сам понимаешь.
Толик вздохнул и смиренно развел руками:
— Да-да, конечно.
Дома Алексей достал бутылку вина, а шприц положил в тумбочку рядом с кроватью.
— Ты собираешься колоться? — В голосе Айлин прозвучало сожаление.
— Не знаю. Я ничего не знаю, понимаешь? — Алексей посмотрел на нее с отчаянием, — что со мной будет завтра? А если…
В эту секунду раздался звонок в дверь. Алексей выругался и пошел в прихожую.