Ничего не соображая, он метался по квартире — из кухни в ванную, затем в прихожую и обратно, спотыкаясь и подвывая. Скоро он осознал, что находиться в квартире не может, ему надо срочно бежать на улицу, чтобы не сойти с ума. Вздрагивая от ужаса, он вернулся в комнату и быстро оделся, стараясь не глядеть на мертвую Айлин. В прихожей он сунул руку в карман и почувствовал, как все внутри сжалось — ключей от квартиры не было — он сам накануне выбросил связку в форточку. Но где-то были дубликаты. Кажется, на кухне. Он бросился туда, распахивая дверцы и с грохотом роняя на пол посуду.
Алексей чувствовал, как от ужаса и нестерпимой тоски хочется кричать. Он упал на пол, поджал ноги и зарыдал от бессилия. Через некоторое время, он достал из шкафа бутылку с вином, сделал пару глотков и почувствовал себя немного легче.
Зазвонил мобильник на кухонном столе. Алексей с трудом поднялся с табуретки и посмотрел на дисплей. Неизвестный номер.
— Алло, — он не узнал своего голоса.
— Алло, Алексей? Привет, это Бондарсюк.
— Да.
— Слушай, я тут подумал, что тебе может быть, интересно… Я сегодня слышал краем уха, как Борис говорил с кем-то про тебя… — Бондарсюк в своей манере сделал многозначительную паузу, очевидно, чтобы добиться максимального эффекта.
— Ну и что?
— Они на тебя гонят. Ну, знаешь, типа ты сам всю эту тему затеял с «гостями» и с откатом. Я этот разговор слышал через дверь. Он меня вызвал как раз, я уже собрался заходить в кабинет, стою и слушаю все это через дверь….
— Чтоб вы все сдохли!
— Что говоришь? Слушай, плохо слышно, извини, мне надо бежать.
Алексей почувствовал холодную тупую злость. Несколько секунд он, не моргая, смотрел в одну точку, после чего взял мобильник и набрал какой-то номер.
— Алло, я хочу рассказать о коррупции в одной сраной конторе. Нет, это не просто контора, это Та Самая контора. Я расскажу, как на днях ее сотрудники вымогали крупную взятку…
Закончив, Алексей швырнул телефон в стену, и его осколки разлетелись по всей кухне. Взяв бутылку с остатками вина, он подошел к подоконнику и стал смотреть вниз. Время от времени он прикладывался и делал глоток за глотком, до боли сжимая челюсти. Появилась черная машина, из которой вышел Иван с каким-то мужчиной. Они хлопнули дверями и быстро вошли в подъезд. Алексей усмехнулся. Он допил вино и бросил пустую бутылку на крышу машины. Бутылка с грохотом разбилась. Из машины выскочил парень в кожаной куртке. Он отбежал в сторону, задрал голову и стал всматриваться вверх, пытаясь понять, откуда могла прилететь бутылка. Алексей заорал ему что-то пьяное и помахал рукой.
В этот момент в дверь позвонили. Алексей уселся на подоконник. Звонок повторился. Затем донеслось какое-то скрежетание в замочной скважине. Алексей понял, что Иван с товарищем пытаются вскрыть дверь отмычкой. Через минуту дверь поддалась, и Алексей услышал шаги в прихожей. В первую очередь они бросились в комнату. Было слышно, как Иван что-то сказал. Через пару секунд раздались шаги, и дверь в кухню распахнулась. В проеме появилась фигура мужчины в сером костюме. В руке он держал пистолет, подняв его дулом вверх. Увидев Алексея, он направил на него ствол, но, видимо, быстро понял, что тот не собирается оказывать сопротивление. Облизав губы, он двинулся к Алексею.
— Привет, твари. — улыбнулся Алексей.
Их разделяло не больше трех шагов, но все происходило медленно и вязко, словно во сне. Алексей наблюдал за происходящим и чувствовал, как воздух с улицы холодит затылок. Молча и уверенно, Алексей с силой качнулся назад и почувствовал спиной, как ломается стекло. Летя вниз, он слышал нарастающий шум в ушах и видел над собой все то же серое болото вместо неба, что и всегда. Затем раздался ослепляющий взрыв, и все исчезло.
Часть 3
1
После того, как все погрузилось в пустоту и небытие, единственное, что осталось у Алексея — это мысли, напоминающие дохлых медуз, которые лениво перекатываются на волнах у самого берега. Они вращались вокруг смерти Айлин. Вспоминались ее посиневшее лицо, шприц на полу. Появилась боль, возникла из ниоткуда пульсирующим сгустком. Алексей понял, что она плавает в пространстве сама по себе, отдельно от него. Он ясно видел ее со стороны. «Если эта боль существует отдельно от меня, то где же тогда я? Кто наблюдает мою боль со стороны?» Ответа не было. В любом случае, он был уверен, что пребывает уже далеко от того мира, который размазал его по асфальту.